Первый среди равных

Геннадий Алексеевич вас предупредил? — смутившись под взглядом мужчины, уточнила девушка.

— Конечно, Юлия, — кивнул Фёдор Викторович и указал на дверь. — Можете проводить наших гостей.

— Ну и секретарь у твоего знакомого! — едва слышно прошептала Настя. — Аж мурашки от его взгляда.

Я успокаивающе коснулся руки сестры, лежавшей на моём локте. Юлия прошла через помещение и пару раз стукнула в массивную дверь. Никто не ответил, но девушка смело открыла одну створку и заглянула внутрь. Что ей ответил хозяин кабинета я не услышал, но Юлия тут же развернулась к нам.

— Входите. Геннадий Алексеевич вас ждёт, — отступая в сторону, сообщила сотрудница банка.

Я пропустил Настю вперёд и зашёл следом. Позади закрылась дверь и я внимательно посмотрел на сидевшего за огромным рабочим столом пожилого мужчину в клетчатом костюме. В правом углу кабинета стояла деревянная вешалка, на которой висела кепи, а внизу, в специальном держателе, стояла тонкая трость с золотым навершием.

Глава 19

— Здравствуйте, здравствуйте, дорогие гости, — поднявшись из-за стола и тепло улыбнувшись, вышел нам навстречу хозяин кабинета.

Геннадий Алексеевич Сидак вблизи выглядел не таким уж старым. Скорее это были особенности мимики, из-за которых мужчина казался старше своих лет.

— Очень рад вас видеть, Анастасия Константиновна. Уверен, вам суждено превзойти красотой даже вашу несравненную матушку. Ярослав Константинович, благодарю, что не стали откладывать визит ко мне, несмотря на все дела. Поздравляю вас с успешным ритуалом Пробуждения и принятием статуса главы рода Разумовских.

Геннадий Алексеевич подошёл к нам и мы обменялись крепким рукопожатием. Меня не оставляло ощущение, что этот человек старается произвести на нас положительное впечатление. А ещё бродили мысли о том, что визит представителя банка в заведение Антиповых казался очень уж странным совпадением. Хотя, может он просто привык завтракать в лучшем ресторане города. А может я просто ошибаюсь. Надеюсь, что ошибаюсь и тот конверт к нашей семье не имеет никакого отношения.

— Взаимно, Геннадий Алексеевич, — улыбнулся я. — Рад встрече и знакомству. К сожалению, в документах отца я не нашёл никаких сведений о ваших отношениях, да и сам глава рода ни разу не упоминал вашего имени. Поэтому мы с сестрой в некотором смятении.

— Не страшно, — легко отмахнулся Сидак. — Больше вам скажу, наши отношения с вашим батюшкой как раз имели такой характер, о котором не стоит знать посторонним. Присаживайтесь.