В земле чужой

Взрыв! Грохот мы расслышали хорошо, несмотря на деревья, даже небольшую вспышку удалось разглядеть. Или мне показалось? В любом случае, гридни сразу рванули к месту будущей схватки.

Время в бою растягивается, несется скачками. Вот я бегу вместе с остальными примерно в сторону поляны, откуда раздавался грохот. Вот сквозь треск веток под ногами и собственное хриплое дыхание спереди доносится шум, что-то полыхает, слышатся людские крики. Понимаю, что надо наддать. Незаметно для себя вырываюсь вперед и, обогнув разросшиеся кусты, вываливаюсь на поляну, сталкиваясь взглядом с незнакомым воином.

Он стоит вполоборота, в руке обнаженный меч.

Особо глядеть по сторонам у меня возможности не было, но обстановку я наскоро оценил. Вокруг черного дымящегося пятна разбросаны обгорелые тела, из-за дыма не разглядеть, в каком количестве. Справа рубились, точнее, перебрасывались простыми заклятьями четверо человек – дядя, Осот и ещё двое. Больше чужих рож не было видно.

Осмотр полянки не помешал мне чисто рефлекторно создать Заморозку и бросить её в противника, благо дистанция позволяла.

Он, конечно, от неё увернулся, в ответ попробовал приласкать меня мелким пламенным сгустком, но главное, что сосредоточиться и сотворить нечто убойное у него не получилось. А чем-то слабым атаковать бессмысленно – с самого начала боя мы скрывались под золотистыми пленками щитов. Так что я просто бросил ещё одну Заморозку и, фактически, на том моё участие в бою закончилось, потому что из леса на полянку выскочили остальные гридни нашего десятка.

Моего врага снесло с места сразу двумя заклятьями, причем одно из них оказалось воздушным. Наверняка Добрынина работа, он воздух любит. От его и ещё чьего-то совместного удара налетчика будто шарахнуло невидимым молотом, тело берестянца отбросило метра на три, причем приземлился он уже с частично сломанными костями. Чужому мастерству оставалось только позавидовать – мне столько силы в заклятье не вложить.

- Один уходит! – заорал дядя. – Догнать его! Туда, живо!

За беглецом рвануло сразу трое из тех, что вывалились из кустов поближе.

Я находился с дальней стороны поляны, поэтому вдогон не бросился, а подошел к валявшимся на земле телам. Серьёзно их Смеян приложил. Двоих – окончательно, ещё двое дышат.

Четверо пострадали от первого же заклятья, с двумя схватились дядя и Осот, ещё двое стояли в дозоре и появились одновременно с нами. Хороши дозорные, нечего сказать, много от них толку! Первый, вон, валяется, второго скоро догонят.