Среди теней Инферы

Отсутствие какой-либо связи, экстренный, ничем не подкреплённый, приказ, активность слуг синеров и нахождение сразу трёх боевых единиц из числа Павших Ангелов со способностями, которым Делеону будет тяжело что-либо противопоставить, — всё это буквально кричало о том, что в точке сбора Делеона Лайта будет ждать не то, что ожидалось. О, Эсперо понимал, почему Армстронг привлёк на свою сторону именно его. Не из-за его магического таланта, который позволял мужчине манипулировать огнём, льдом и молниями, но из-за Дара Крови, что передавался в его семье по мужской линии.

Возможность создавать шарообразное поле вокруг противника, не позволяющее совершать внутри него какие-либо действия, было бесспорно опасным умением, получившим простое и полностью отражающее его суть название — Стазис. Армстронг определённо перестраховывался, когда набирал команду — сам он владел Рывком, способностью мгновенно преодолевать расстояние от одного объекта до другого, что было умением весьма энергозатратным и требовало достаточно много времени на восстановление, но эта «преграда» не делала Лозса в бою менее эффективным.

— Что-то наша «птичка» не спешит красоваться своими крылышками! — голос третьего участника «замысла» разорвал тишину неожиданно. Хьюго «Скала» Штейн получил своё прозвище не только из-за габаритов тела и общей эмоциональной скупости — его Дар Крови позволял ему уплотнять кожу до состояния материи столь твёрдой, что ей не были страшны ни физическое воздействие, ни большинство магических атак.

Лозс не собирался оставлять Делеону ни единого шанса на благополучный для него исход — о честном бое даже речи идти не могло, и оттого Джею Эсперо было ещё более противно. Однако мужчина понимал, чем руководствовался творец идеи в своём выборе при подборе боевых единиц — Лозс не понимал, как работает собственная особая способность Делеона, и разузнать что-то о том, у Армстронга не получилось, а потому он пытался максимально усложнить Лайту его возможную попытку избежать пленения.

— Ты уверен, что она всё-таки прилетит? План-то недоработанный! Огрехи даже особо искать не нужно! — эти слова Хьюго Штейна ударили Армстронга достаточно сильно, чтобы на лице того прорезалось беспокойство, что Джей про себя отметил удовлетворённо — значит, не он один видел несовершенство замысла. Но ответить что-либо Лозс не успел. Всё случилось настолько быстро, что в первую минуту никто ничего не понял.