Смерть – лучший шанс

Поднимаю руку, чтобы добавить кулаком по зубам, так, чтобы эта сволочь надолго запомнила урок, когда замечаю движущуюся в мою сторону полоску стали.

Вот рука одного из лесорубов лежит на столе... И в следующее мгновение короткий метательный нож со смещенным центром тяжести, взявшийся словно из ниоткуда, со свистом разрезая воздух, устремляется в мою сторону.

Не припомню за собой подобной прыти, прежде я точно не был на такое способен. Время словно запнулось на мгновение, даруя мне возможность наблюдать за приближающимся ко мне заточным куском металла.

Я даже успел разглядеть хитринку в глазах «лесоруба». Видел, как его рука опускается на место, а на лице появляется изумленное выражение: будто произошло что-то неординарное. Например, внезапно умер сунувший свой нос в чужие дела некий лорд.

Притворное изумление на лице убийцы превратилось в настоящее, когда я на пределе возможностей отклонил нож в сторону тыльной частью ладони и замер, не отрывая от этого «артиста» глаз.

То, что сейчас произошло, понимали пока что лишь два человека.

Я и убийца. Сцепившись взглядами, мы слушали, как некто за моей спиной верещит, поймав предназначавшийся мне снаряд. Теперь произошедшее стало очевидным и прочим. Люди в панике выскакивали из-за столов, неуверенно озираясь. И почему я решил, что убийца будет один? В болезненном крике зашелся Оуэн Оукли — охрана не успела прикрыть нанимателя. Торговец держался за плечо, из которого торчала рукоять еще одного ножа — брата-близнеца того, что секунду назад хотел отведать моей крови.

Со стороны улицы слышались истошные крики, будто живьём кого резали. Скоро стало ясно, что так оно и было — в обеденный зал, перепрыгивая через труп вышибалы, начали вваливаться вооружённые люди. Посетители таверны, кто по опытней, хватались за оружие, а если его не было под рукой, в ход шли столовые приборы, лавки и табуреты. Те, кто, смалодушничав, ломанулся к выходу, умерли первыми. Черный ход также «отрезали» вооруженные короткими мечами головорезы в черных масках. Не менее полутора десятка нападающих двигались сквозь обеденный зал трактира, рубя всех, кто попадался под руку.

Тем временем парень, с которым мы играли в гляделки, решил довести начатое до конца. Пнув стол в мою сторону, он вытянул из-за голенища длинный кинжал. Работая на опережение, рассчитывая воспользоваться моей заминкой, он нацелил клинок мне под ребра. Я же не стал уворачиваться, а, прикрывшись столешницей как щитом, секундой позже изо всех сил пнул ее обратно ему навстречу.