Ярость славян

Лучники герулов нафаршировали мечущуюся константинопольскую чернь* стрелами, а мерно шагающие следом когорты готов и славян добивали раненых ударами копий и мечей, чтобы ни один мятежник не остался в живых.

(И нечего жалеть об этих людях - в 532-м году на константинопольском ипподроме были точно такие же бабуины, как и в 2014-м на киевском майдане незалежности, и если бы не Велизарий, решительной рукой наведший железный порядок, то судьба Империи вообще и императора Юстиниана в частности была бы очень печальной…)

Примечание авторов: * чернь - это не синоним слова бедный, скорее это слово обозначало тот слой городских бездельников, которых процветающее общество с жиру содержит просто за компанию.

В наше время таких людей именуют творческой интеллигенцией, и именно они являются основными посетителями проспекта Сахарова и Болотной площади.

Но где тогда были хваленые схоларии и ескувиторы, эти разряженные как петухи, клоуны в позолоченных доспехах? Презрев присягу, отсиживались в своих казармах, желая дождаться того момента, когда окончательно определится победитель - и дерьмо пришлось разгребать ипаспистам* Велизария и ему самому лично.

Примечание авторов: * ипасписты, они же букелларии - солдаты наемных дружин, по большей части варвары с боевым опытом, служащие лично византийским полководцам и политикам. Некий компромисс между классическими наемниками и дружинами варварских вождей. Ипасписты служили за плату, но считались товарищами, а не слугами своего нанимателя.

На пике полководческой карьеры Велизария ему служили более семи тысяч ипаспистов, которым можно было поручить любую задачу, в том числе и отправить на тот свет тридцать пять тысяч константинопольских «конкретных пацанов».

Размышления Велизария о прошлом прервал не очень сильный, но решительный стук в дверь. Так стучится сама Судьба, и все понимают, что войдет она вне зависимости от ответа, который ей сможет дать хозяин. Услышав этот стук, Велизарий встрепенулся, набрал побольше воздуха в выпяченную грудь и по возможности как можно более твердо произнес:

- Если ты тот, кого я жду вот уже три дня, то, пожалуйста, входи, если же нет, то будь добр, пройди мимо и дай пожилому человеку спокойно прожить свои последние дни…

В ответ на эти слова дверь решительно отворилась, и на пороге спальни Велизария и его супруги появилось несколько человек, поражавших своей необычностью.