Год 1914-й. До первого листопада…

Нитки, связывающие лоскуты воедино, почти окончательно истлели, и теперь даже не очень большая нагрузка способна разорвать государство в клочья. Единственный клей, который еще связывает все воедино, это ваш престарелый дядя. Стоит ему умереть, и все начнет расползаться жидкой грязью. Как вы думаете, над какой частью империи в таком случае вы сумеете сохранить контроль, с учетом того, что венгры сбегут от вас сразу и бесповоротно, а на Балканах с моей помощью разгорится сербское партизанское движение за воссоединение этих земель с сербским королевством, к чему я приложу все возможные усилия? Все сербы должны жить в Сербии, и эта истина не подлежит обсуждению.

И в то же время я бы не хотел, чтобы мои сербские друзья тянули в рот куски земель с чуждым им населением, даже если оно, это самое население, готово кинуться к ним в объятья. И в долгосрочной, и в среднесрочной перспективе такое решение не принесет счастья ни тем, кто бросился, ни тем, к кому бросились.

- и что вы предлагаете, только конкретно? - сказал Франц Фердинанд.

- Я рассчитываю сделать так, - ответил Артанский князь, - что ваша империя очень быстро навоюется пор самое горлышко. Французы, немцы и русские еще будут полны боевого задора, а вот чехи и словаки, а потом и все остальные, скажут, что это не их война, что Сербию не удалось сломать, русские в Карпатах паровым катком давят через перевалы, а в Боснии и сербских землях Хорватии разгорается ужасающая народная герилья.

И вот тогда король Петр - а на самом деле я лично, а может, и мы вместе, - сделаем вашей Империи предложение сепаратно выйти из войны и прекратить боевые действия, в качестве платы за агрессию отдав Сербии все земли, населенные сербами, а Российской империи - все русинские территории. Сумеете вы удержать целостность Австрии, Хорватии, Словении, Чехии и Словакии хотя бы на протяжении жизни одного поколения?

Франц Фердинанд покачал головой.

- Мой дядя никогда на это не пойдет, - сказал он, - он скорее умрет, чем признает свое поражение.

- А кто его будет спрашивать? - с пренебрежением сказал Серегин под раскаты грома с ясного неба. – Для меня жизни десятков, а может, и сотен тысяч людей гораздо важнее, чем хотения и нехотения одного старого придурка. Кстати, я не исключаю, что именно ваш дядя отдаст приказ о терроре против мирного сербского и русинского населения, при том, что вы не сможете настоять на обратном.