Год 1918-й. Чаша Гнева

Пусть даже этот вопрос кажется вам странным, просто назовите нам число, месяц и год.

- Ну хорошо, господа, - со вздохом произнесла Людмила Востринцева, взмахнув светлыми ресницами, - и в самом деле, какая малость… Сегодня двадцать седьмое декабря тысяча девятьсот семнадцатого года от Рождества Христова по Юлианскому календарю, принятому в бывшей Российской Империи, или девятое января тысяча девятьсот восемнадцатого года по Григорианскому календарю. – Она обвела нас беспокойно-пытливым взглядом. - И вот теперь, когда я вам это сказала, вы вернете меня туда, откуда забрали?

- В ваш мир я бы не вернула даже дикое животное, - угрюмо сказала Кобра.

- От него воняет предчувствием смерти, как от бойни. Так что это исключено. Не так ли, Батя?

- Именно так, - подтвердил я. – Несмотря на то, что Людмила Востринцева оказалась у нас случайно, она наша гостья с открытым листом - до тех пор, пока мы не исправим ситуацию в ее родном мире. Dixi! Птица и Анастасия, возьмите эту девицу и приютите ее в своем женском колхозе.

Теперь, когда первичный портал уже открыт, ваше дальнейшее присутствие здесь уже не требуется. Дальше мы сами.

- Идемте, Людмила, - сказала Птица. - Не вы первая такая несчастная, попавшая в жернова истории, и не вы последняя. В миру, среди людей, меня зовут Анна Сергеевна Струмилина, и я тут работаю главной защитницей всех малых, сирых и слабых.

- Да, ничего не бойтесь, - подтвердила Анастасия. - Нет человека добрее, чем Анна Сергеевна, и к вам она тоже отнесется со всевозможным участием и вниманием.

Когда Птица и Анастасия вывели беспомощно озирающуюся по сторонам барышню Людмилу, я спросил:

- Итак, товарищи, кто хочет высказаться о сути сложившейся ситуации - как в плане того, что теперь, после неожиданной эскапады Кобры, мы будем вынуждены начинать свою деятельность с Петрограда, так и по поводу общего положения дел?

- Позвольте мне, товарищ Серегин, высказать свое мнение, - произнес Коба. – Оказавшись у вас в Тридесятом царстве, я внимательно изучил этапы развития революции в России как до того, как большевики взяли власть, так и позже.

Я выявил ошибки товарища Ленина и товарища Сталина, а также установил те последствия, какие они имели в краткосрочной, среднесрочной и долгосрочной перспективе. Могу сказать, что на девятое января восемнадцатого года по новому стилю товарищ Сталин еще не успел совершить ни одной ошибки, а просчеты товарища Ленина пока не стали необратимыми.