Год Красного Дракона

Что касается товарища Яони Зата, то она присоединилась к армии товарища Серегина совсем недавно, уже позже тех славных дел, но, несмотря на это, эта женщина такая же званая и избранная, как и те товарищи, что стояли рядом с товарищем Серегиным в рядах борцов за справедливость с самого начала. Теперь тебе все понятно?

Примечание авторов: * Есть сведения, что Сталин в знак своего доверия называл этого человека просто по имени, а не казенно «товарищ Голованов».

- Так точно, товарищ Сталин! - ответил я, ни на минуту не задумываясь.

- В общих чертах мне все понятно, а детали того, что и откуда взялось, я позже проясню у самой товарища Яони Зата. Надеюсь, она не откажется дать мне комментарии, но займемся мы этим не здесь и не сейчас.

- Я, Александр, в тебе не сомневался, - усмехнулся в усы товарищ Сталин. – А теперь слушай. Дивизия, которой тебе предстоит командовать, не зря называется Резервом Верховного Главнокомандования. И летать вы тоже будете на очень необычных для нашего времени самолетах…

- Неужели это будут те аппараты, которые атаковали немцев под Борисовом? – удивленно спросил я.

- Нэт, Александр, - сказал Верховный. - Так высоко прыгать на многие тысячи лет вперед для нас преждевременно. Начинать лучше все же с вариантов попроще, но при этом таких, чтобы нэмцы не увидели разницы между тем и этим. Одним из побочных эффектов деятельности товарища Серегина стала связь нашего мира с миром тридцать пять лет спустя, где Советский Союз смог выиграть самую главную в своей истории войну, но начал проигрывать мир…

- Товарищ Сталин, а разве можно проиграть мир? – удивился я.

- Товарищ Барсуков, - хмыкнул Верховный, - объясните, пожалуйста, Александру, как это выглядит, когда страна проигрывает мир…

- Это, товарищ Голованов, выглядит как застой и топтание на месте, - с горечью ответил тот. - Достижения и победы становятся все мельче и незаметнее, а проблемы, поначалу незначительные, становятся все более назойливыми и заметными, но никто не собирается их решать, потому что не понимает их сути и причины.

Но теперь все будет совсем по-другому, ведь мы снова знаем, что и как нужно делать. А если что будет непонятно товарищу Брежневу, так всегда можно спросить у товарища Сталина, товарища Ленина и товарища Серегина, который по некоторым вопросам даже больший дока, чем иные вместе взятые.