Лила Изуба: Голодные призраки

Здесь и без тебя падальщиков хватает.

Он потянулся. Сюртук на его спине разошелся. Под ним что-то зашуршало, затрепетало, будто стараясь распрямиться. Затем успокоилось. Прореха в сюртуке вновь затянулась.

При жизни Пилат Изуба имел почти все. При смерти Ободранный тоже имел почти все. Но ни при жизни, ни при смерти, ему так и не довелось испытать ощущений полета. Это было единственное, о чем он желал.

В его жизни не было самолетов. А после смерти ему достались низкие потолки, нависающие над стеллажами, да узкие проходы.

Но он не считал это несправедливостью. Он и сам всегда любил пошутить.

***

Голова раскалывалась. Наверное, из-за этого он и очнулся.

Улисс Мэйтата очень, очень хотел умереть. Закрыв глаза после ухода безумного леопарда Алекса, он желал больше никогда их не открывать.

Ему было горько, тоскливо и больно.

Психоделический диссонанс, в который поверг его сознание Алекс, едва не прикончил Улиссу разум.

Нехотя он открыл глаза. Он сидел все там же, прислонившись к бетонному блоку спиной, в окружении автоматных гильз и разорванных тел сослуживцев.

Напротив, у его ног, лежала оторванная голова Рэм. Она таращилась на него пустыми мертвыми глазами.

Солнце уже скрылось за зданиями. Воздух был недвижим и совсем не доносил привычной прохлады с великого Арсина, несущего свои черные воды.

Улисс вспомнил, как Алекс рассказывал ему о своих мечтах. О том, как не хотел никого убивать. Леопард мечтал совсем об ином.

Он мечтал жить на берегу моря, вдыхать его соленый аромат, плавать на лодке, ловить рыбу, играть с китами, а по ночам смотреть в телескоп на звёзды. Но никогда в своей жизни убийца не видел ни моря, ни даже телескопа.

И жалел об этом, не в силах бросить то, чем так не хотел заниматься.

Улисс в детстве мечтал стать полицейским. Он не был умным. Он был самым обыкновенным енотом. Но мечтал стать именно полицейским. И, как и у Алекса, его мечты не сбылись.

Он с трудом встал.

Конечности не слушались. Ему пришлось постоять с минуту, прежде чем спала темная пелена, окутавшая его голову от смены позы. Затем Улисс подошел к стене, у которой лежали армейские рюкзаки его товарищей. Они сложили их сюда перед боем, намереваясь расправиться с психопатом Алексом Багенге.

Вместо этого Алекс легко, будто походя, сам расправился с ними.

Улисс достал из аптечки шприц-тюбик с обезболивающим. Покрутил его в руках, раздумывая.