Опричник-2. Канцелярия Государственной Безопасности

Матвей Савельевич радостно захохотал и двинулся в угол спальни, туда, где у него запасы алкоголя. Старая сволочь плеснул себе в стакан виски и даже успел отхлебнуть пару глотков, прежде чем понял: в особняке происходит что-то странное.

- Что? – граф прислушался, но вместо шума, который должны были устроить полицейские, в доме стоит мёртвая тишина. – Что происходит? – заволновался Жарко. – Ванька, поди, глянь, куда дармоеды запропастились.

Матвей Савельевич плеснул себе ещё виски, но выпить не успел.

Дверь за слугой не успела закрыться, как в широкую щель влетело что-то круглое.

- Что? – бокал выпал из жирных графских пальцев, с глухим звуком приземлился прямо на мёртвое лицо и скатился на пол. – Это… что это? – отступая к шкафу, пробормотал граф, не веря своим глазам.

- Голова, - подсказал я.

- Чья? – тупо переспросил Матвей Савельевич.

- Полицейского, - уточнил я. Мало ли, вдруг старик слаб глазами и не рассмотрел форменную фуражку, намертво приколоченную к голове длинными гвоздями.

- Как? Почему? Я не давал приказ… - забормотал граф, на моих глазах теряя рассудок.

Ибо в комнату одна за другой полетели остальные головы, ложась ровно под ноги хозяину спальни. Последней прилетела голова Арины Тимофеевны, жены Матвея Савельевича.

Каким-то образом она попала графу прямо в руки. ошалевший. Жарко хотел отбросить её в сторону, но тут у отрубленная часть тела раскрыла глаза, шевельнула губами и молвила:

- За что ты так с нами, Матвеюшка?

Матвей Савельевич покачнулся и упал навзничь, прижимая к себе жену.

***

- Утра доброго, ваше сиятельство…

- А-а-а-а-а…

***

- Бумаги, граф, и всё закончится!

- Изыди, щенок!

***

- А вы молодец, ваше сиятельство, - я обеими руками взялся за лезвие шпаги и медленно вытащил её из собственной груди. – Хороший удар. Теперь я верю, что вы когда-то слыли лучшим фехтовальщиком Империи.

- Кто ты?

Жарко с ужасом смотрит на убитого меня, а я и не думаю умирать.

- Помогите! – слабо взывает к слугам.

Но его никто не слышит. Призраки убитых и умерших по вине графа, обступают Матвея Савельевича со всех сторон, осуждающе качая головами. Протягивая к жирной тушке прозрачные руки, бесплотные духи начинают окружать старого графа. Воздух в спальне выстывает, дышать становится все труднее. Из моег рта вырывается морозное обачко.