Май, весна и апокалипсис. Книга третья.

- Вон вполне нормальная шестёра! – Макс вырвал меня из размышлений, показав рукой в глубину двора, когда мы отошли от набережной на пару кварталов.

- Нет, здесь опасно, – я покачал головой, – Если запалят, то уйти будет сложно. На улицах полно патрулей.

- Ну так что, так и будем пешком идти? – недовольно спросил Макс.

- На Фрунзенской посмотрим, – ответил я, – За ней сразу промка начинается и дорога к Леспромхозу, если что, то уйти будет несложно, да и спешить нам особо некуда, так как девушки точно будут идти пешком не менее часа.

Уж они-то точно не смогут разжиться транспортом.

Мы хотели угнать машину, которая была необходима для претворения моего плана в жизнь, так как пешком многого не сделать.

Однако у меня был и запасной вариант – после выполнения задачи в районе Леспромхоза, я мог оставить Макса в районе промки и далее направиться на велосипеде к месту реализации второй части моего плана. С моими прокачанными характеристиками, я могу двигаться на велосипеде ненамного медленнее автомобиля.

- Угу, – кивнул Макс, – Понятно!

«Мишенька, ты меня слышишь?» – в голове раздался голос Виктории.

«Конечно!» – так же мысленно ответил я без особой радости. Мы сегодня уже успели потренироваться в использовании колец мыслесвязи, и мне это не очень понравилось. Я бы даже сказал, что очень не понравилось, так как моя здоровая психика как-то болезненно воспринимала появление в голове постороннего голоса. Острое ощущение ненормальности – я бы так назвал тот синдром, который возникал у меня во время мысленного общения.

Но всё же для дела эта способность очень нужна, поэтому пришлось смириться. Однако я предупредил девушку, чтобы она не злоупотребляла мысленной болтовней.

«Как дела?» – спросила Вика.

«Нормально, а у вас?» – ответил я с толикой раздражения, готовясь уже напомнить ей, чтобы не болтала попусту.

«Тоже хорошо, но когда мы шли через парк на Гайке, то к нам пристали трое пьяных парней, развлечься хотели», – сообщила она.

«Они живы?» – поинтересовался я без всякого беспокойства о своей подруге.

Всё-таки она в состоянии постоять за себя.

«Нет, эти придурки были очень настойчивы, поэтому я решила не рисковать и всех убила», – без каких-либо эмоций ответила она. Странным образом в характере моей подруги сочеталось сострадание и желание помочь страждущим со спокойной деловой жестокостью по отношению к тем, кто стоял у неё на пути.

«Прибралась?»

«Ага, использовала карту разделки, а одежду закинула в хранилище, потом избавлюсь. Свидетелей не было».