Легенда о Вращающемся Замке

Устраивают вас такие условия?

— Да конечно, вполне устраивают, — выступил из толпы вперед осанистый чернобородый воин с полностью лысой головой. — Что мы, последние подлецы и трусы, не откликнуться на призыв государя? Этот вот дурак, — кивнул лысый на обезглавленный труп своего предводителя, — болтал слишком много. Но если он невесть что о себе возомнил, это вовсе не означает, что мы все такие же бесчестные свиньи, как он сам. Без сомнения, мы будем вместе с вами, милорд. Верно я говорю, ребята?! — окликнул он толпу.

Толпа взорвалась одобрительными воплями.

— Умно придумано, — пробормотал Гленан. — Ты должен радоваться, Дэрри — как видишь, грань между третьим и первым сословием стала как никогда тонка в наши дни.

Дэрри очень захотел треснуть приятеля кулаком. Лишь с большим усилием юноша пересилил себя и сдержался.

— Ты чего такой ершистый сегодня? — спросил Гледерик тихо. — Это, вроде, я тут всех должен раздражать, а не ты.

Гленан остановил на нем свой остекленевший, неподвижный взгляд.

— А ты еще не понял? — спросил он тихо.

— Армия разбита, лорды мертвы — все, как и сказал этот изменник. Мой отец тоже вчера был на том поле. Не удивлюсь, если он также погиб.

Дэрри почувствовал, как его лицо заливает краска.

— Прости пожалуйста, — повинился он. — Я совершенно не подумал о подобном.

— Ну куда тебе об этом думать, — сказал Гленан. — Ты ведь по собственной воле сбежал из родного дома и ни за какие коврижки туда не вернешься. А вот я, в отличие тебя, родного отца любил.

Наверно, тут бы Гледерик уже не сдержался, и началась бы ссора — если бы сэр Эдвард как раз не окликнул их, приказав помочь своим рыцарям расседлать коней и завести их в стойла.

Исполняя это поручение, юноша невольно отвлекся и смог погасить свой гнев. Да и Гленан уже не выглядел таким набыченным. Проходивший мимо Остромир схватил Гледерика за локоть:

— Погоди, — сказал он, — не зли мальчишку. Видишь, он и без того сам не свой. Лучше иди со мной, выпьем и поговорим.

Дэрри послушался. Они нашли место в углу трактира.

Юноша рухнул на лавку и обессилено привалился к стене спиной, чувствуя невыразимую усталость. После нескольких дней постоянной скачки все тело нестерпимо болело. Дэрри был мало привычен к верховой езде, а тут почитай с утра до вечера приходится трястись в седле.

Остромир протянул ему кружку с элем и тарелку, полную жареного мяса с овощами. Гледерик набросился на них, уплетая за обе щеки.

— Сам ты колдовать умеешь? — спросил Остромир.