Легенда о Вращающемся Замке

Дэрри, запрокидывая голову, пялился на громоздящиеся вокруг во все стороны сосны и ели, и думал, что никогда еще не видел столь могучих и древних деревьев. Некоторые были столь громадны, что лишь десять человек, взявшись за руки, смогли бы обхватить их ствол. Впрочем, подобных древесных гигантов попадалось не столь уж и много.

Под вечер путешественники сделали привал, остановившись на лесной поляне и разведя костер. Он горел сухим ярким пламенем, жадно пожирая брошенные на растопку ветки, однако почти не давал тепла — уж больно злым был налетающий с севера ветер.

Гледерик кутался в теплый плащ, от души радуясь, что догадался выпросить его у интенданта во Вращающемся Замке.

— Мне как-то тревожно, — заметил Гленан, вглядываясь во вплотную подступивший к поляне густой ельник. Звезд сегодня почти не было видно, месяц спрятался за тучами, и мрак клубился настолько плотный, что его можно было зачерпнуть ложкой как суп. — Дело то ли в этом месте, то ли в чем-то еще, но мне порядком не по себе.

— Дело не в месте, — проворчал Остромир, подбрасывая еще хвороста в едва не потухший под очередным порывом ветра костер. — Дело во времени. Западные короли нашли действительно поганое время для войны. Это время хорошо только для таких, как Кэран. Мы называем эти дни Осенними Дедами, вы — Самайном, но от перемены названий суть не меняется. В колесе года возникает брешь, и сквозь эту брешь в наш мир проникают темные твари. Духи бродят среди людей неузнанными.

Любое лицо может оказаться лживым. Это опасное время, и в такую пору лучше находиться дома, возле горячего очага и живой воды, под защитой прочных стен, ивовых прутьев и рунических оберегов. А мы расселись, как три дурака, посреди глухомани, у любой нечистой силы на виду.

— Но это ведь просто сказка? — спросил Дэрри. — Насчет духов и прочей нечисти?

— Никакая это не сказка, парень. Не больше, чем та девица из Каэр Сейнта. Так что гляди сегодня в оба глаза. И не забывайте проверять, есть ли у вас или у вашего товарища тень.

— А если тени вдруг не окажется? Что тогда?

— Ничего хорошего, — сказал Остромир.

Разговор после этого сам собой угас. Гледерик выпросил у Остромира разрешение заступить на дежурство первым, так как не желал просыпаться посреди ночи от тычка в бок, и принялся, как и было ему предписано, глядеть в оба глаза, пока его товарищи уснули. Ночь выдалась и в самом деле жуткая. Нечеловеческая. Неправильная.