Легенда о Вращающемся Замке

Удары наворачивались на блоки и обращались тут же в новые контрудары, выпады встречались с выпадами, финты переходили в атаки, гибкие развороты напоминали движения некого стремительного танца. Звенела сталь. Блистали доспехи. Неслышимая человеческому слуху музыка направляла каждое движение сражавшихся. Вот-вот, чудилось Гледерику, он познает значение этой музыки и сам. Но пока он мог только смотреть.

Это было больше, чем просто сражение. Это являлось искусством.

Вот Брелах сделал укол, быстрый и точный, от бедра в плечо — а вот Дэлен на танцующем пируэте его отразил.

Черный рыцарь атаковал сам — и все же не достиг цели, ибо блеснул сжимаемый Стражем Грани меч, и выпад, обращенный в самое сердце, отклонился в сторону. Брелах взмахнул левой рукой, в странном жесте искривив пальцы. Вспыхнул свет. Взвилось пламя, смертоносное и ярое, рвануло вперед, разбрасывая искры — и немедленно опало, едва коснувшись носимых пришедшим с Неблагого Двора доспехов. Оно будто задохнулось, едва встретившись с окружавшей Дэлена тьмой.

Темный фэйри холодно усмехнулся. Шагнул вперед — и поднялся смертоносный ветер, пронзительный и холодный, и принес с собой эхо ледников, что высятся где-то там, за Волшебной Страной, на заснеженной северной крыше мира. Ветер швырнул Стражу Грани в лицо рой ледяных острых игл — в кровь способных изранить тело. Едва устоял на ногах Брелах — но все-таки устоял. Колдовское пламя окружало его, и ледяные иглы таяли и сгорали в этом огне, а сам предводитель благих фэйри беспечно смеялся, и отбивал раз за разом удары врага своими, будто занимался давно привычной, хорошо знакомой, любимой работой.

Могло показаться, он счастлив, что выдался шанс вступить в этот бой.

Вот Эйслин выступила против нескольких черных латников. Два изогнутых легких меча, которые держала она в своих руках, взлетали настолько быстро, что их движения едва мог отследить глаз. Кенан прикрывал ее каждый миг, а она прикрывала его, и сложно было представить пары более слаженной, чем эта. Эйслин начинала удар — а Кенан его заканчивал, и вдвоем они теснили вставших против них врагов, пока прочие воины Брелаха поддерживали их с флангов, не давая неприятелю нанести предательский удар в тыл.

Глядя на эту сечу, Дэрри, всегда привыкший считать себя скорее пройдохой и прощелыгой, нежели кем-то еще, и даже к недавно обретенному рыцарскому чину относившийся с изрядным легкомыслием, вдруг со всей четкостью осознал, что действительно, не шутя стремится сделаться настоящим воином.