Легенда о Вращающемся Замке

Брат мой Кенан обещал вам лунное вино и звездный хлеб, и кем мы в самом деле будем, если не угостим вас с дороги? Да и для коней ваших у нас найдется угощение, что позволит позабыть пережитый страх.

Дэрри в нерешительности поглядел на спутников. Те были не против скоротать в обществе сидов вечерок.

— Когда еще нам представится подобный шанс? — пожал плечами Остромир. — Люди они, к тому же, вроде бы, неплохие. Ну или нелюди, точнее.

Даже Гленан согласно кивнул:

— Отличная идея. Я как раз проголодался, да и любопытно, о каких именно лунном вине и звездном хлебе идет речь.

Звучит-то интригующе. Соглашайся, Дэрри.

— А почему это я теперь принимаю решения? — спросил Гледерик недовольно. — Не припоминаю, чтобы вы назначали меня своим командиром.

— Ну, — пожал плечами Кэбри, — может ты и не командир никакой пока что, но зато ты друг эльфов. Тебе и карты в руки.

Гледерик медленно и печально кивнул и поглядел на терпеливо ожидавшего их решения Брелаха:

— До утра мы охотно побудем вашими гостями, — сказал юноша.

— Только, пожалуйста, никаких «и проснувшись на следующий день, они узрели, что на земле тем временем миновала сотня лет».

— Ты нас с Неблагим двором не путай, — рассмеялась Эйслин, хлопнула Гледерика по плечу и потащила к костру.

Ночь и в самом деле выдалась изумительная. Неспешная и таинственная, наполненная веселыми песнями, спетыми хором, и рассказанными вполголоса завиральными историями о невиданных землях, расцвеченная лихими плясками и танцами. Гледерику все казалось, что он спит и видит сон — больно уж неправдоподобной выглядела все эта удивительная компания с их чудными байками и диковинными угощениями, и в самом деле словно удержавшими в себе звездный и лунный свет.

Несколько раз, желая убедиться в подлинности происходящего, Дэрри то дергал себя за щеку, то отвешивал тумака. Боль оказалась вполне всамделишной — и все же юноша не был уверен в этом до конца.

Желая убедиться досконально, что он не грезит, Гледерик выпросил у Брелаха на память тугой кошель, битком набитый золотыми монетами — идеально круглыми, незнакомой чеканки.

На утро, когда Гледерик, Остромир и Гленан проснулись в чистом поле, без всяких признаков горевшего здесь ночью огнища, сидов уже и след простыл, а оставшиеся от них монеты, как и полагается эльфийскому золоту, превратились в опавшие листья. Впрочем, хорошей выделки кожаный кошелек Дэрри себе на память оставил.

Каэр Лейн был самой главной пограничной крепостью Эринланда на востоке.