Рыцарь из Дома Драконов

Подобрал себе оружие — хороший, проверенный в бою меч средней длины, которым сражался в свое время еще его дед, старый лорд Гарольд. Этот меч знал много битв — битв с мятежниками, иноземцами, всеми врагами престола. Навершие его эфеса было украшено головой дракона, гарда была сделана в виде распростертых крыльев — как и большинство фамильных мечей их дома. Отец редко пользовался этим клинком, и Артур осмелился взять его себе.

Юноша смог выбрать себе оружие, но вот пообедать толком так и не сумел — пища вызывала лишь отвращение, да и питье не лилось в горло.

Слишком сильным оказалось владевшее им волнение. Наконец Артур рухнул на кровать и закрыл глаза, стараясь ни о чем не думать и слушая, как бешено колотится сердце. Скорее бы уже за ним пришли.

Молодой человек начал терять всякое терпение, когда в комнате наконец появился капитан Уилан.

— Эй, парень, — бросил он, — кончай разлеживаться. Мы выходим.

Артур рывком вскочил:

— Я и не начинал. Спасибо, что наведались, я уж испугался — вдруг про меня забыли.

— Он надел перевязь с мечом, набросил на плечи плащ. — Что скажете, господин капитан, — осведомился Айтверн, задрав нос до потолка и постучав носком сапога по полу, — я выгляжу достаточно прилично и не опозорю своим видом семью на предстоящем рауте? Кстати, вы часом не знаете, там будут танцы?

Лицо офицера едва заметно побагровело:

— Знаешь, я бы с удовольствием отодрал тебя до синяков и оставил дома — вот и вся кадриль. Но у меня, прости, приказ. Так что пошли, герцог ждет.

Артур хотел бросить в ответ какую-нибудь дерзость, но почему-то прикусил язык.

Отец ждал их у бокового выхода, облаченный в неприметные скромные одежды. Его лицо спряталось в тени опущенного капюшона.

Не тратя времени на разговоры, они выбрались из дома и, пройдя по аллее, обсаженной раскидистыми липами, чьи ветки подметали мраморную дорожку, покинули территорию особняка через задние ворота. Ночь уже успела вступить в свои права, затопив город темнотой. Улицы мигом вымерли, прохожих почти не встречалось.

Это показалось Артуру странным — в Тимлейне, как и в любом другом столичном городе, любили поздно ложиться и поздно вставать, а чаще всего не ложились вовсе. Сегодня же будто непонятное напряжение, разлитое в воздухе, нависло над столицей. Как если бы люди, живущие здесь, чувствовали близость беды и старались держаться своих домов.

Шли молча — и герцог Айтверн, и капитан его гвардии тоже явно о чем-то раздумывали, а может, попросту не желали впустую тратить слова.