Кор-Унтару Долина шести теней

Но это уже было в её жизни. И привело именно сюда, к точке, с которой мог бы начаться ещё один виток, повторяющий предыдущий и приносящий больше потерь. Она устала сражаться для других, а сражаться для себя больше было незачем.

Мад’Леван ковырялся с доспехом, отправляя по телу Шеа один за другим щекочущие потоки лады. Пока ещё едва заметное, головокружение уже начинало подталкивать к горлу тошноту; на периферии сознания ворочалось беспокойство, тянуло за невидимые ниточки, но Шеа приняла это муторное чувство за тревогу, вызванную принятым только что решением: она уходит.

Уходит, как только будет восстановлен доспех.

* * *

Халахам развязал шнурок и достал из кошеля на поясе маленький свёрток. Это была лента, впитавшая кровь Кор-Унтару. Поднеся моток к лицу, гальт потянул воздух носом, скребнул ногтем по заскорузлой ткани. Он вспоминал, как выглядела ликада существа, он искал места спайки в полотне, состоявшем из бессчётного множества лоскутов. Он пытался понять, каким чудом эта безобразная конструкция — перекрученная, спутанная и связанная воедино — могла быть.

Что удерживало разномастные клочки чужих ликад, не давая им развоплотиться?

Спину окатила волна жара, и тут же в дверь тихонько стукнули. Халахам убрал моток в сумку и прижал его ладонью.

— Заходи.

Через порог шагнул Одор. Оглядев хозяина комнаты, гальт задержал взор на руке, которой Халахам по-прежнему касался пояса.

— Что делал?

— Размышлял, — отповедь вышла резкой, но гальт сразу же смягчил тон: — Хочу понять, на чём держатся все эти ошмётки, из которых состоит ликада Шеа.

Обычно лада постоянно течёт, но в этом случае... Я не понимаю, почему лоскуты, собранные Кор-Унтару, остаются целостными, не сливаются в одно и не развоплощаются, не отходят в прослойку. Если бы выяснить, в чём тут хитрость...

— Для этого надо пристально изучить ликаду, имея перед собой оригинал.

Халахам не ответил, вперившись в оконную решётку с цветными ромбиками слюдяной мозаики. Через несколько минут, он повернулся к Одору.

— Я считаю, именно из-за такого строения ликады Шеа может изменять форму. Являясь носителем десятков разных плетений, она прибегает к тому или иному и обращается в любое из животных, которых однажды опустошила.

— Вероятно, так оно и есть, — сухо ответил Одор, соглашаясь.

Халахам всмотрелся в его лицо, ища привычные искры улыбки, спокойное свечение глаз — но не увидел ничего из этого. Взгляд Одора был тяжёл, как свинец.