Кор-Унтару Долина шести теней

Под их взглядами Доаран начинал ощущать себя ходячей мишенью — призрак опасности обретал плоть от самого присутствия охраны. Нервы стали шалить, и воспалённое сознание всё чаще радовало путанными кошмарами. Вестей из Юрра никаких не было. Из Турвона тоже. О Н’Карне, казалось, забыли.

Наконец, вереница однообразных дней слиплась в ком первой недели... и потянулась дальше.

Ещё в Юрре в одну из встреч Пларт, подтверждая слова Каилары, обмолвился, что Коалиция вскоре отправит делегацию в долину Рудокопов, но больше на эту тему не заговаривал, так что и в Твезар Доаран отправился, по-прежнему толком ничего не зная ни о состоянии дел, ни о судьбе брата.

Выяснить же что-то здесь, вдали от города, надеяться было нечего.

Неизвестность и бездействие всерьёз бесили Доарана. День ото дня он приближался к границе своего терпения, и не хватало всего какого-нибудь малого толчка, чтобы он эту границу пересёк. Намеренно или не сознавая, Доаран начал искать его сам.

А кто ищет — тот, в конце концов, находит.

Маги из сопровождения, присланные Коалицией, в отличие от соколов, всегда держались поодаль от объекта охраны. Доаран редко натыкался на них, и каждую случайную встречу эти двое пытались свести к сухому обмену приветствиями, с видимой неохотой расширяя диалог парой общих фраз, если Н’Карн навязывал им общение. Наперекор такой явной отчуждённости Доаран старался перехватывать их как можно чаще, а на исходе второй недели «ссылки» и вовсе вбил себе в голову, что эти двое, как действующие боевые маги, могут иметь прямой доступ к той информации, которую сам он вынужден был покорно ожидать.

Одолеваемый этой идеей, он принялся следить за ними и в один из дней подслушал беседу, которая касалась совсем не того, чего Доаран ждал, но всколыхнула один из слоёв мути, что уже несколько месяцев оседала в подсознании и отравляла его покой.

* * *

Твезар был выстроен в сдержанных формах ранней эбилонской эттарики.

Главный корпус с широким прямоугольным резалитом, симметрично расходящиеся в стороны крылья, высокая крыша и потемневший от времени песчаный камень фасада с белёными рустами по углам. На другой — парковой — стороне по всей длине здания тянулась узкая прогулочная галерея с расположенными в нишах скамьями. Венчала её такая же узкая терраса, на которую выходили комнаты второго этажа, среди прочих и те, что были отведены магам.