Кор-Унтару Долина шести теней

Избавившись от увечья, Теаран сразу сделает свой выбор, и такие варианты, как остаться в горах на правах соратника или в качестве бесправного источника, он даже рассматривать не станет. Гальты, конечно же, возьмутся Н’Карна переубеждать...

При мысли об этом у Лайлин что-то ёкнуло внутри. Как только вернёт Теану зрение, она больше ни на что не сможет повлиять, никак не сумеет предотвратить беду. Если бы существовал хоть один шанс, что ему удастся покинуть горы живым и шагать дальше своей дорогой, она бы не сомневалась ни минуты.

Но такого шанса просто не было. Исцелив, она подтолкнёт его к краю пропасти. И казалось бы, какое ей дело? Их с виконтом Н’Карн ничего не связывало, кроме вынужденно общей дороги и неприятных воспоминаний, значительно перевешивавших воспоминания приятные. Их жизни, даже протекая одним руслом, удерживались каждая в своём потоке, на разной высоте, и Лайлин было спокойнее, пока всё оставалось, как есть. Непредсказуемые порывы со стороны Теарана, когда он то ли от скуки, то ли спутав чувство благодарности с симпатией, развязывал ни к чему не ведущие игры или заводил слишком открытые, честные до неловкого разговоры, заставляли Лайлин нервничать. Его присутствие чем дальше, тем сильнее тяготило её, и она была бы счастлива — да, совершенно счастлива — если бы виконт просто оставил их. Как угодно...

Перед глазами, чёткая до жути, возникла картина: неподвижный, бледный, с застывшим взглядом и опустошённой до капли ликадой Теаран, распластавшийся на одном из безликих каменистых склонов.

В животе похолодело, и Лайлин поняла, что такое «как угодно» она переступить вряд ли сможет. В голове серым маревом начала расползаться пустота. Глупая ведьма не знала, как ей быть. Лёжа и почти не дыша, не видя заплетённого паутиной свода и не слыша дыхания людей, она проваливалась в ничто, пока сдавленный вскрик не выдернул её из оцепенения. Лайлин подскочила и увидела, как Теаран откидывается обратно на скрутку, тяжело дыша.

— Дор... — расслышала она. — Это я всё сжёг. Всё я...

Уняв колотящееся сердце, девушка медленно легла.

«Ты не смеешь решать за него», — словно пощёчину отвесила, подумала она, через силу смыкая веки.

Раштан задержала взгляд на красноволосой ведьме, потом снова посмотрела на слепого парня и всерьёз задумалась, а спит ли здесь хоть кто-нибудь. Что-то у этих ребят не ладилось. За вечер все трое не перекинулись и парой слов. Гальт, с которым они пришли, ей не понравился, а его су-волд был подозрительно похож на сэйтэ — холодных.