Кор-Унтару Долина шести теней

Лайлин очень остро чувствовала её эмоции и от этого ей делалось дурно, но попросить Раштан уйти она не могла.

Уже закончив, девушка продолжала сидеть рядом с виргом. Руки от запястий до плеч жгло и крутило — исправить повреждённые нити внутри не вышло, поэтому она приняла их в себя, а для Юки свила новые из своей лады. Закончив, она, каменея, прислушивалась к себе — как к горлу вместе с тошнотой подступает уже знакомый, пугающий до дрожи голод.

Лайлин украдкой глянула туда, где лежал без сознания Алестар. На повязке, туго обернувшей его торс, расцветали красные маки; черты лица стали жёстче и острее.

Халахам до сих пор не пустил её к нему, хотя там помощь требовалась гораздо больше. Лайлин сцепила пальцы в замок — дрожь не уходила, а наоборот усиливалась, передёргивая плечи всё чаще. Боли, причинённой самой себе, казалось мало. Она заслуживала больше. Таол лежал при смерти из-за неё, потому что это она привела Кор-Унтару в цитадель. Раштан во всём права, а особенно в том, что, не умея противостоять насилию, Лайлин не в праве была рисковать жизнями тех, кто её защищает.

Она поднялась с колен, оставляя уснувшего Юку с его хозяйкой, и побрела к Алестару.

Гальты встретили её хмурыми взглядами, не спеша уступать место.

— Чего вы ждёте? Он же умирает.

— Ты не поможешь, — отрубил Халахам.

— Почему?

— Хоть до точки восстанови ликаду и залей её ладой до краёв, таол не проснётся. Нужно запустить кроветворение... с помощью чужой крови.

— Я дам. Сколько нужно. Возьмите...

— Нет. Нужна человеческая.

— А я кто?

Лайлин ошеломлённо уставилась на гальтов, но те молчали, не пускаясь в объяснения.

— Это из-за лады Кор-Унтару во мне?

Халахам повёл плечом, не говоря ни да, ни нет.

— Ясно, — она кивнула и зашагала к отцу. Выслушав, Айхел потемнел лицом, но отказывать не стал. Только спросил у гальта, подойдя ближе:

— Зачем ему?

— Затем же, зачем вам пища и вода.

Глаза кузнеца расширились; он обвёл взглядом беспамятного Алестара и больше уже ничего не спрашивал.

Эрикир и Теаран наблюдали издалека, как Халахам протянул раскрытую ладонь и Айхел вложил в неё свою руку, как в пальцах гальта мелькнул серебряный коготь, как от лёгкого укола на сгибе локтя набухла тёмная капля, быстро разлилась в ямке и скользнула лентой вниз.

Халахам придерживал рот су-волда открытым, пока кровь лилась, потом резво перемотал Айхелу руку заранее подготовленной тканью.

Спустя несколько мучительно долгих минут Алестар глотнул, а затем со свистом втянул воздух.