Пропащая душа

 

                Хрупкая жрица подхватила тело. Аккуратно, словно великую драгоценность, она вернула его на погребальное ложе, поправила саван, положила смятый букетик цветов.

                Жрица тихо плакала, глядя в безжизненные глаза. Она держала его большие руки в своих маленьких ладонях, пытаясь согреть коченеющие пальцы, но все усилия были тщетны: сердце её сына вновь замерло в груди. Заклинание, должное воскресить человека, убило зародившуюся в теле нежить.

 

                Особняк, принадлежавший господину Маркусу, располагался в богатом районе славного Скревена. От остальных кварталов города место проживания цвета фелконской долины, было отгорожено стеной, дабы городская чернь не беспокоила благородных господ своим видом. В своё время за стеной располагался ещё и ров, о котором ныне напоминали лишь намертво вбитые в опоры ворот кольца, оставшиеся от подвесного моста.

Каждый дом в этой части города был не выше трёх этажей и имел свой сад, поэтому летом богатые кварталы утопали в зелени и цветах, а зимой были укутаны снегом, словно белоснежным одеялом. Улицы здесь были всегда тихи и чисты, стража вежлива, а встречные учтивы. По правде было сказать, это был единственный район, в котором, оставив вечером лошадь без охраны, можно было утром обнаружить её на том же самом месте.

                Миран переодетый в домашнюю одежду, состоящую из новых сапог, новых штанов, чистой рубахи и тёплого шерстяного плащ, встретил девушку на крыльце городского поместья Маркуса Чёрного Когтя.

Он поблагодарил послушника, проводившего Эуру до особняка, не забыв расспросить о городских новостях. Вдоволь наболтавшись, Миран сунул послушнику медную монетку, и когда малый скрылся за воротами особняка, наконец, обратил внимание на Эуру. 

- Что-то быстро тебя жрица отпустила, - заметил он, открывая дверь. - Мы тебя ждали только к вечеру.

 

- Угу, - пробурчала Эура, вваливаясь в натопленную прихожую. 

- Новости у меня хорошие. 

Старик помог девушке снять потрепанный плащ и передал слуге грязную одежду 

- Я вот тут насчёт места посуетился. 

- Угу… – пробурчал Эура, стягивая грязные сапоги.

                Мальчик-слуга брезгливо поморщился и, подхватив двумя пальцами за испачканное голенище, уложил их в плетёную корзину.