Пропащая душа

Длинные зелёные уши, торчащие по бокам чуть сплюснутой головы, порванные и унизанные медным кольцами, тряслись перед её носом. Маленькое гоблинское сердце трепетало от счастья: его накормили и напоили, и в стойбище он въедет верхом, как уважаемый и знатный господин. Собственная лошадь всегда была для Терррорка недостижимым предметом роскоши, символом богатства и объектом вожделения и страсти. В своих тайных гоблинских мечтах он покупал белоснежного коня и торжественно появлялся на нем перед изумлёнными сородичами.

 

- Неа, - погрозил пальцем ночной темноте гоблинец, когда Эура уже собралась свернуть на знакомой развилке. - Шаман переехать. Терррорк перетаскивать его шатёр. На старом месте плохо. В горах снег выпал: олени спуститься ниже, гоблины спуститься ниже, тролли спуститься ниже. 

- Олени у отца гуляют и завтра собираются на охоту.

- О! Тролли славно поужинать завтра. Ням-ням.

- Тролли не поужинают! Нам не нужны проблемы.

                Гоблинец хмыкнул и замолчал.

Терррорк захмелел, укачиваемый ровным шагом лошади. Он дремал, приоткрыв правый глаз, опёршись спиною об Эуру, словно о спинку кресла. Лошадь осторожно ступала по тёмной лесной тропинке, мелко вздрагивая от волчьего воя, раздававшегося неподалёку.

- Волчколюди на деревню нападать, - флегматично заметил гоблинец, мотнув головой вправо на очередной развилке. Тропа, едва заметная в снегу, исчезла, свернув за валежник. 

- Сегодня полнолуние. Им сложно прятать свою натуру.

 

- Не только им,- хихикнул гоблинец. 

- Ты лучше скажи куда дальше. Я не знаю этой дороги. 

- Прямо…. Если не знать, куда идти - иди прямо… - философски заметил гоблинец. 

- Тут дорога заканчивается: дальше сугробы, бурелом и кусты.

- Хде? – Резко мотнул головой гоблинец, едва не заехав в глаз краем уха.

- Везде! 

- А… Прямо.

- Терррорк, прямо мы не проедем! Может быть, ты пешочком проскачешь, но я на лошади – нет. Мы увязнем в снегу, сделав пару шагов.

 

- Доверять, Терррорку, человеческая женщина.- Глубокомысленно произнёс гоблинец, поднимая палец. 

                Он неловко сполз с лошади, плюхнувшись рядом с кучей присыпанных снегом веток, принюхался, по-звериному морща острый нос, и вытянулся. Убедившись, что никого подозрительного рядом нет, он снял с плеча мешок и принялся в нем капаться, бормоча что-то под нос на родном языке.