Пропащая душа

                Зал казался девушке мешком, в котором сквозь прорехи окон било утреннее солнце. Собираясь в центре, лучи чертили круг, высвечивая герб рода, вырезанный на серых камнях. Стены со шпалерами, развешанные под потолком флаги, стоящие по краям столы и прочая мебель, все тонуло в полумраке. 

- У меня были дела, - спокойно ответила Эура, выходя на середину светового столба. 

                Её ждали. Отец сидел на месте для благородных гостей.

- Благородная госпожа, Вы исчезает вечером, а возвращаетесь под утро. Ваша мать глаз не сомкнула, волнуясь за Вас. Извольте объяснить своё поведение, - потребовал король, подавив зевок. 

- Ночь была трудна и тревожна. Вы, кажется, собирались на охоту, господин Риквид? Я все объясню на охоте.

- Эура, мы очень беспокоимся за тебя, - произнёс Трюггер, стараясь не смотреть на жену. Он с удовольствием поговорил бы с непутёвой дочерью без свидетелей, ограничился формальным обещанием посадить в следующий раз под замок или запретить ехать на ярмарку.

- Ради этого стоило врываться в мою комнату?

- Нам пришлось выбить дверь, - виновато проговорил отец. – Ты не отзывалась, но потом и вовсе выяснилось, что ты исчезла.

-Я закажу новую, - пожала плечами Эура. 

 Неловкая тишина повисла в воздухе.

- Ну уж нет. Довольно! - Голос Аурики громыхал. - Я больше не потерплю такого в своём доме. Ты всю ночь где-то шляешься, приходишь под утро и делаешь вид, что ничего не произошло. Я требую объяснений здесь и сейчас. Эуриста, такое поведение позволительно служанке, но не дочери Наместника!

- Я охотилась, - устало ответила девушка, делая шаг в сторону лестницы, но путь ей преградил стражник.

- Эура, я запрещаю тебе покидать замок до весны. И ещё… Лорд Хайдгер просил твоей руки.

- Ты не посмеешь! 

Эура медленно подошла к столу. Снег, таявший на сапогах, оставлял на полу сырую дорожку. 

- Ты не отдашь меня ему, - зло проговорила она, ткнув пальцем в Хайдгера безучастно стоящего рядом с королём. Хайдгер перехватил руку. Эура дёрнулась, пытаясь освободить зажатое запястье. Перчатка сползла, обнажая белоснежную кожу и гоблинский узел в перекрестье вен. В полумраке татуировка зажглась тусклым голубоватым светом.