Пропащая душа

Помощник стоически переносил упрёки, пока старик, кряхтя, перебинтовал ему голову: отправляться вслед за неудачливой охраной в сырые шахты ему не хотелось. 

                Совету оставалось решить, что делать с сидящей в центре зала троицей. Муж Джайры, высокий худощавый, но все ещё крепкий мужчина сидел, положив вытянутые ноги на согнувшегося раба. На коленях его лежала книга. Стоящий рядом помощник держал наготове чернильницу и бронзовое перо.

- Почтенный Джард, – разнёсся в пещере властный лишенный эмоций голос, чтобы, многократно отразившись под высокими сводами комнаты, исчезнуть, затеряться в бахроме свисающих с потолка сталактитов.

                Мужчина поднялся и распрямил плечи, сжав зубы от боли: ночь, проведённая в тёплой компании жрецов пайкорской богини правосудия, оставила на его спине новые шрамы, сломанные ребра и вывихнутое плечо. 

- Мне нечего сказать уважаемому Совету, - прорычал мужчина.

- Я могу рассказать, - проговорила Джайра вставая. 

                Её не пытали… Кто ж осмеливаться испортить красоту жены самого Хранителя Мудрости!

- Говори Джайра, дочь Урдара.

- Я ждала моего мужа с арены, как подобает благочестивой пайкорке, когда этот презренный, - она кивнула в сторону Джейхрана. – Привёл врагов в мой дом.

- Она врёт, - заорал пайкор, вскакивая с места, но стоящий позади охранник, ударом по спине заставил его сесть.

- Совет даст тебе слово, - брезгливо поморщился один из Старейшин, высокий крепкий мужчина лет тридцати. Уродливой шрам рассекал его лицо по диагонали, разрезая острый орлиный нос и в вечной ухмылке приподнимая кончик губы. 

- Я слабая пайкорская женщина. На мои крики прибежал смелый Джард, но рабов было слишком много. Они связали смелого Джарда, а меня ранили. Рабы искали госпожу Беатриче, жену Чёрного когтя, да сократят боги его дни. Угрозами они заставили меня провести до её комнаты в западной башне, но я бежала, чтобы предупредить охрану ворот.

Женщина закрыла лицо ладонями и зарыдала. 

- Врёт она все… Она не мужа, а Джарда ждала….

- Уважаемый Совет, этот презренный, недостойный называться пайкором, провёл врагов по нашим пещерам, а теперь пытается очернить тех, кто хотел ему помешать: благородную женщину и того, кто, руководствуясь законами нашего пайкорского братства, пришёл ей на помощь.