Ник и Глиммунг

Повернулась к Нику: – Как жаль, что твой отец не успел вернуться домой. Я боялась, что так и будет.

Гораций, сидя посреди гостиной, взглянул на антизверятника с обычным равнодушием. Очевидно, Гораций не понимал, кто такой антизверятник и зачем он пришел. Такие приземленные вопросы его не интересовали.

– Иди на кухню, Гораций, – сказал Ник. – Жди меня там.

Сердце у него теперь билось от такого страха, какого он еще никогда в жизни не испытывал. И в то же время он был спокоен. Это наконец произошло: антизверятник заявился схватить Горация.

В каком-то смысле Ник чувствовал облегчение. Хотя бы кончилось ужасное ожидание.

– Значит, вы антизверятник, – сказал мистер Деверест, поднимая фотоаппарат.

– Мы не любим публичность, – сказал антизверятник резким скрипучим голосом – голосом, идеально подходившим его жестокому лицу.

– Не сомневаюсь, – согласился мистер Деверест и сделал снимок. – Теперь давайте снимем, как вы запихиваете Горация в эту вашу клетку. А потом еще…

– Я пришел не за мальчиком, – перебил антизверятник.

 – Я пришел за животным – если точнее, котом.

– Гораций – это кот, – сказал Ник. – А я Ник Грэм.

– Зовите кота, – сказал антизверятник. Он уселся на софу и открыл клетку. – Всем будет проще, если все пройдет тихо, без лишней возни.

Мистер Деверест щелкнул на фотоаппарат клетку.

– Читателям газеты, – сказал он, – будет интересно увидеть вашу ловушку для маленьких животных. В наши дни все это происходит так редко, ведь кошек и собак осталось совсем немного.

 – Он навел камеру на Ника. – Ты будешь плакать? Если да, я это тоже сфотографирую.

– Я не буду плакать, – сказал Ник.

– Это никакая не ловушка для маленьких животных, – сказал антизверятник. – Это нормальная клетка для переноса питомцев из одного места в другое, отвечающая всем санитарным требованиям. От нее никому не будет вреда, – он присел и достал корм. – Кис-кис, – позвал он своим скрипучим голосом.

Гораций уставился на него со своим обычным бестолковым видом, не понимая, чего от него хотят.

Или, может быть, он притворялся. Во многих случаях, если это было в его лучших интересах, Гораций ухитрялся притворяться бестолковым. Ник подозревал, что Гораций понимает больше, чем кажется. В ситуациях, касающихся его напрямую, Гораций, как и большинство животных, был очень умен. Более того, сейчас Гораций начал пятиться от антизверятника и его клетки. Медленно и незаметно, но Гораций убегал.

– Он идет на кухню, – сердито сказал антизверятник.