Белое пламя дракона

— Значит, мы должны его вернуть.

— Вы не поверите, чар, но я хотел сказать именно это.

— Послюнявленный палец?

— Послюнявленный палец.

Волшебник с удивлением взглянул вольному стрелку в глаза, понимая, что видит человека с какими-то принципами. Кордол всем своим видом производил впечатление отсутствия таковых, и делал он это сознательно, так что, получив задаток и поприветствовав брюшиной пику, беспринципный человек должен был поскорее убраться прочь и радоваться, что рядом ошивался целитель, столь удачно его подлатавший.

Но Кордол поступил наоборот. Тобиус же, будучи магом, то есть существом по природе своей эгоистичным и заботящимся лишь о себе, обязан был соблюдать лишь те клятвы, которые сопровождались специальными словоформулами, и, тем не менее… он ведь слюнявил палец.

— Хм, хорошо, конечно, что оказалось нас тут двое таких замечательных храбрецов, готовых исполнить свой долг и рискнуть жизнями за лутовую цену, но лично я не знаю, куда двигаться дальше.

— Я знаю. — Кордол снял с мертвого солдата ножны, проверил, как выходит из них палаш, и надел пояс с ножнами на себя.

— Коротышка заблаговременно рассказал мне, что заброшенная дорога должна привести к заброшенной деревне. Если не там угнездилась разбойничья шайка, то где же еще?

— Он это знал, и все равно вел поезд туда?

— Он лишь предполагал.

Кордол проверил исправность арбалета и, орудуя ножом, принялся мародерствовать. Он вспарывал пояса, подкладки, шарил в сапогах и тихо ругался, когда видел, что местами его опередили и кто-то из врагов уже нашел заветные тайники.

— Ты не мог бы не…

— Мертвым не нужны деньги, а мне они еще могут пригодиться. — Выпрямившись с несколькими серебряными монетами в руке, наемник улыбнулся. — Как думаете, чар, кто такой наш сир Реджинальд?

— Понятия не имею. Но он не мытарь.

— Ривенский государственный служащий, ага, как же! Я родился и вырос в Эстрэ и видел много невысокликов в своей жизни, но вот что интересно: за время своих скитаний по Вестеррайху, за пределами Эстрэ я встречал их только в Шехвере и Диморисе, да и то лишь близ границ земель Гизонской шляхты.

Этот народец накрепко врастает в землю, у них даже дома — часть ландшафта, а тут вдруг объявляется один такой коротыш на другом конце Вестеррайха и рассказывает сказочку про переселившегося деда. Вы, как рив, можете позволить себе поверить в это, но я эстриец, и я не куплюсь. Готовы идти? Двинемся по лесу, за дорогой наверняка следят, и всех этих светящихся жуков лучше убрать.