Гидра. Противостояние

   Если я маг плоти, закономерно возникает вопрос: зачем я позволяю себе испытывать не только приятные физические ощущения, но и неприятные, вроде усталости, боли, сонливости и.т.д?

   Ответ на него одновременно прост и сложен.

   Если обобщить все мои ощущения и свести их вместе... То это ради того, чтобы не сойти с ума...

   Удивлены? Уверен да. Чтож, постараюсь объяснить.

   На первых порах, осваиваясь со своей специализацией, я мог максимум, выборочно отключать свои органы чувств, позже, развиваясь я разделял ощущения по определенным условиям: порог чувствительности, к примеру, не больше боли от небольшого булавочного укола.

   Таким образом, казалось, что я создал своему разуму идеальный носитель, который не отвлекает разнообразными физическими потребностями от науки и важнейших исследований.

   Последующие события разъяснили мне, как я был неправ. Началось, все с обыденных вещей вроде невнимательности.

Моему разуму даже тогда, это было несвойственно. Но я не придал этому значения, решив скинуть на усталость после особо сложных опытов. К сожалению, мне тогда приходилось разрываться между лечением раненных солдат (произошел особо большой гон тварей, и они ринулись на стены) и необычайно редкими образцами магической фауны, которые стремительно разлагались, теряя собственную энергетическую основу.

   Дальнейшее было уже не столь безобидно: рассеянность, забывчивость и невнимательность, сменились ступорами, когда я замирал на несколько минут, при этом ни о чем не думая.

И провалами в памяти.

   Самое паршивое в этой ситуации то, что я в упор не замечал происходящие со мной проблемы.

   Как-то раз, докладывая Змею, об успехах и графиках развития студентов, я серьезно завис. Лишь ценой пяти минутных усилий и нескольких заковыристых плетений на основе электричества, Змей смог заставить меня очнуться, при этом потребовав от меня причин моего столь странного поведения.

   Не услышав от меня объяснений, так как я был сам в шоке, он грязно выругался, помянув ученых психов, делающих над собой эксперименты, и отправил меня исправлять косяки в сознании.

   Я же, зайдя в лабораторию и проведя ряд тестов, был в состоянии, название которого: паника.