Война Нескончаемого Ужаса. Том 3

— Нет нужды. Я догадываюсь, кто тебе помог.

Сатанаэль понимающе кивнул.

— Что скажешь? Ты принимаешь мою помощь?

— Тебе известно, как можно одолеть Прародителя?

— Не знаю, Люцифер. Про это мне говорить не стали.

— Тебе известно, где именно сейчас находится Астариаз?

— Увы...

— Тогда как именно ты собираешься мне помочь? Предлагаешь напасть на него вдвоём? Но уверен ли ты, что нам хватит Сил справиться с ним?

— Более чем. Я стал одним из Архангелов, а потому моя Сила возросла многократно.

Люцифер жестом дал понять, дабы эльф на некоторое время замолчал. Он посмотрел словно сквозь Перворождённого и спустя мгновение взгляд его вновь сделался ясным, и он смотрел на Сатанаэля.

— Мои ученики доложат мне о появлении Белого Прародителя. Учитывая, с каким неистовством он нападает на наши миры, ждать придётся не слишком долго. А пока у нас есть время.

— Время... на что?

— Поговорить, — и Люцифер сел в кресло, предложив также поступить и эльфу. — Сатанаэль, я хочу узнать кое-что.

.. Ты сказал, что являешься Архангелом. Что это означает?

— Трудно объяснить...

— Это как-то связано с существом, что именуется Вседержителем?

Люцифер, как всегда, проявил поразительную осведомлённость, которой Сатанаэль нисколько не удивился. Даже наоборот, его ввергло в лёгкое недоумение то, что тёмный полководец ничего не знал про Архангелов и Вседержителя.

— Это имеет самое прямое отношение, — и Перворождённый принялся рассказывать.

Он поведал демону обо всём, ничего не утаил.

Какие могли быть тайны перед тем, кто победил в бою и оставил тебя в живых? Но Люцифер привлекал не этим, а поведением и отношением в принципе. Всегда держался благородно, сдержанно (что особенно удивительно, учитывая сколь велика в нём Сила Хаоса), уважительно, при необходимости мог быть жесток и беспощаден, но лишь к тем, кто заслужил подобного отношения.

Когда же Перворождённый закончил говорить, тёмный полководец некоторое время молчал.

То ли он пытался связать всё воедино и углядеть во всём нечто затаенное, то ли чего-то не понимал.

— Поразительно, как легко Первенец подчинил себе всех эльфов, — и всё-таки он не понимал, как Перворождённые повелись на данную «веру» столь легко.

— Ибо нам нужен некто, кто смог бы дать ответы на важные для нас вопросы. Этой верой эльфы стали едины, прекратились распри...

— Вы стали рабами собственных заблуждений, — перебил его Люцифер.