Беседы палача и сильги

А страже пригодятся…

– С чего вдруг такая доброта? – посветлевший Магарий охотно уронил мешочки в ящик, встал из-за стола и поднял даже руку, чтобы хлопнуть меня по плечу, но вовремя увидел засохшую кровь и остановился. – Пойдем, добрый палач… сыщем тебе рубаху. Так откуда такая доброта к Люфену? Или кузен его из Элибура успел тебя умолить?

– Он пытался. Но я не слушал, – равнодушно ответил я, пряча денежные кисеты поглубже в карман штанов. – У Люфена здесь больная мать.

Она ведь еще жива?

– Страдает, но жива, несчастная. Сейчас слегла, как про дела сына любимого и про судьбу его грядущую прознала.

– Она всегда была добра ко всем несчастным. Всегда одаривала чем могла. Даже до Элибура дошла слава о доброй Лифаре из Буллерейла.

– Что ж…

– Пусть получит сыновнее тело единым куском, – вздохнул я и удивленно взглянул на передернувшего плечищами стража. – Магарий?

– Единым куском, – пробормотал он.

– Вот скажешь же… одно слово – палач! Хотя есть в тебе доброта… вон как о матери Люфена печешься…

– Ну еще и потому, что понимаю – жалованье у стражи не слишком велико, а нужд семейных много.

– За то всегда тебе благодарны, Рург.

– Как и я вам, – улыбнулся я. – А еще так сильно хочется услышать рассказ о том, что творилось ночью в Ямах Нимрода…

– Мрак там творился! – бухнул страж и, остановившись у узкой двери в конце коридора, загремел ключами, подбирая нужный.

Я молчал, понимая, что старший страж Буллерейла – бывалый, повидавший ой как немало за долгую жизнь вояка и служака – молчит не для того, чтобы я поторапливал его вопросами. Нет. Нарочито медленно подбирающий ключ из жиденькой связки толстых ключей с помеченными разной краской головками страж Магарий собирался с мыслями, чтобы поточнее описать нечто, что… напугало его. Он умело скрывал это. Очень умело.

Но скрыть такое от опытного палача невозможно. Уж кто-кто, а я давно навострился различать за напускной небрежностью, показным равнодушием и холодным выражением мужественных лиц дикий животный страх не хотящих боли и смерти людей…

– Шестеро сонных стражников, – заговорил наконец Магарий и со щелчком вставил длинный ключ в узкую замочную скважину. – Четыре сестры Лоссы, два храмовых прислужника и два кучера.