Беседы палача и сильги

Увидев, куда направлен мой взгляд, старик щелкнул запором и с деловитостью много чего повидавшего на своем веку человека поинтересовался:

– Следом идет кто?

Я мотнул головой:

– Нет…

– Давай за мной…

Дальнейшие хлопоты остались в моей голове смутным и почти бессвязным воспоминанием.

На заднем дворе трактира имелся крепкий старый каменный сарай, что был разделен дощатой перегородкой на две комнаты. Каждая с отдельным входом. Каждая с видом на наваленную и пока еще не сложенную гору доставленных дров – скоро зима, и самое время позаботиться о том, чтобы многочисленные очаги трактира не угасли в долгие снежные вечера.

В этих комнатах мы и расположились. Я помню, как уложил девушку на постель, как затащил в другую комнату все сумки и седла, как передал лошадей подбежавшему пареньку, велев позаботиться о них хорошенько. Тот лишь испуганно кивал, не в силах отвести взгляда от красной отметины на моей груди. Получив затрещину от Маквора, паренек с благодарностью кивнул и ушел, уводя устало шагающих лошадей. Позже я загляну к ним в конюшню… позже…

Еще помню, как склонившись над сильгой, сумел разобрать ее слова, как влил ей в рот еще несколько капель из другого стеклянного флакона, после чего вложил его ей в руку и, плотно прикрыв дверь, устало опустился на стоящую у стены скамью, со стоном вытягивая ноги. Подошедший Маквор без особого удивления узнал от меня, что девушка просила к ней никого не впускать до самого рассвета. Он ничего не стал спрашивать – несомненно, успел увидеть красные нити в ее волосах, да и сама ее почти мужская одежда говорила о многом.

Но в его глазах читался безмолвный вопрос – палач и сильга?

Как так?

Что свело их на дороге?

И чем была омрачена эта дорога, раз они явились посреди ночи все в грязи и крови?

Но он сумел удержать себя от лишних вопросов. А я, сидя кулем на скамье, растирая ладонями зудящее от царапин лицо, попросил о главном – привести сюда старшую сестру Лоссы. Да, прямо сейчас. Да, посреди ночи. И без лишнего шума… А пока она не пришла – мне бы большую лохань горячей воды… нестерпимо горячей… И благодарю за терпение и гостеприимство…

***

Я мало что знал о храмах Светлой Лоссы и еще меньше о тех, кто ей служит.

Все мы то и дело поминали Светлую Лоссу в трудные времена, прося защитить, пособить, подсказать. Все мы с детства помним посвященные Лоссе истовые слезливые и бормотливые молитвы бабушек и матерей, что сидят у постели мечущегося в простудной лихорадке ребенка.