Крещение Новгорода. Часть II.

Матерью она может стать хорошей, любовницей будет плохой, да тебе от неё и не это нужно. Зато не скучно. Да и по сути, вы уже живёте вместе. И ребёнка она ждёт. И заботитесь друг о друге. Одна беда, что ребёнок этот не твой. Впрочем, может ты его своим хочешь воспитать? 

- Глупости тебе мерещатся, - продолжал улыбаться в ответ Василий. – Ты же сам её ко мне поселил. Да, я предложил, но я её тогда не знал, а ты согласился, даже рад был. А теперь в чём-то меня хочешь обличить? Вздор, Садко, сущий вздор. 

- Может и вздор.

Но я по глазам вижу, что нет. Да нет, я тебя, Вася, вовсе не обличаю. Мне не жалко. Нужна она тебе, забирай. А я, как весна начнётся, в плавание отправлюсь. Это просто мне сейчас скучно. Только одно меня тревожит, что поссорит она нас. Послушай Вольгу, он этих фей хорошо знает. Они только и делают, что ссорят между собой мужчин. По их вине даже войны начинались. Спроси, он мне многое рассказал.

- Да ты напиться что ли решил? – вырывал у него очередную кружку из рук Василий, - я тебя домой не понесу, если что.

 

- А почему бы не напиться? Разве не для этого вино придумали?

- Не для этого. Если пить до беспамятства, так и спиться можно. И какой потом из тебя воин или купец? Будешь как голь кабацкая ходить, побираться.

- Ладно, уговорил, больше ни капли вина, - улыбался Садко и тут же бросился к другу, - поехали к Вольге, Вася. Мне не веришь, ему поверь. Поехали, он с охоты вернулся, теперь должен быть дома. Может и уговорит тебя змею нашу за город поселить. 

- Ладно, поехали, - поднялся на ноги Василий, - но только для того, чтобы ты потом один домой не добирался.

 

О сегодняшнем поединке богатыри уже и думать забыли. Василий нарочно старался не думать, а Садко сам ничего не видел, знал только по слухам. На дворе уже темнело, в зимнюю пору на городских улицах народу почти не было. Двое путников одиноко шагали по хрустящему снегу до дома Василий Буслаева. Семья воеводы в его отсутствие не бедствовала и даже купила себе лошадь, чтобы управляться по хозяйству, вместе коня, который был в походе вместе с хозяином.

Эту лошадь Василий теперь и отдал Садку, а сам забрался на своего коня. Вместе они верхом отправились в Славенский конец. Застывшая река Волхов внушала своим видом умиротворение. Здесь, в лютый зимний мороз время словно остановило свой безумный ход, уничтожающий всё и вся. Здесь могучее и беспощадное время теряло свою власть, и даже хотелось верить, что этот холод способен победить даже смерть.