Крещение Новгорода. Часть II.

Зная, что здесь их ждёт неминуемая гибель, они храбро сражались, стремились убить как можно больше защитников города. Это зрелище бессмысленной и жестокой кончины печенегов ни раз приводило меня в ужас. В последний миг своей жизни они не думали о своих близких и уж точно не о спасении своих заблудших душбыли их думы, а лишь о том, чтобы убить как можно больше врагов. Насколько же бессмысленна и печальна жизнь народов, не знающих веры в Христа! 

Однажды, ещё в детстве мне довелось видеть, как в Новгороде приносили людей в жертву Перуну.

Рабы смиренно шли под кинжалы жрецов, и в этот момент они, образ и подобие Бога, как и все мы, были похожи больше на неразумный скот. В этих степняках я увидел то же самое слепое, животное рвение пожертвовать своей жизнью, и это ещё больше позволило мне укрепиться в своей вере. В конце концов, мы дождались подмоги из Ростова, которая сняла осаду с нашей заставы. Однако, печенеги не ушли, а рассеялись по местности на большие группы. Пока одни убегают или сражаются с ростовским войском, другие время от времени пытаются взять наш городок. Вскоре после этого мы узнали, что нападение язычников было вовсе не случайным, и что они состоят в сговоре с князем Всеволодом Додоном. Князь пропустил их через муромскую землю на юг, а сам в это время вместе с колдунами ударил по Чернигову и взял его в осаду. Остаётся только дивиться мудрости и прозорливости князя Владимира. Если бы он не основал город на Клязьме, возможно, печенеги были бы сейчас уже у стен Новгорода. И даже если бы они город не взяли, то всё равно взяли бы под контроль значительную часть торгового пути из варяг в греки. Однако князь Владимир сейчас далеко, со своей дружиной и киевскими богатырями он крестит Семиградье, и не известно, когда вернётся. В Чернигове же остался наш хороший друг – богатырь Леон Отважный вместе с легендарным богатырём Святогором. Про Святогора говорят, что он был одним из первых христианских богатырей, тогда как до него богатырями считались только жрецы Перуна – колдуны. Из богатырей на Руси нынче он считается самым старым и самым мудрым. Не знаю, смогут ли они выдержать осаду столь многочисленного врага, но понимаю, что им сейчас там гораздо тяжелее, чем было нам в окружении печенегов.

Я считаю дни до того момента, когда, наконец, смогу вернуться в Новгород, прикоснуться к тебе, душа моя, и увидеть нашего сына. Только мысли о вас поддерживают меня в этом маленьком, переполненном кошмарами городе.