Берсерк забытого клана. Рекруты Магов Руссии

Ну, а я дам твоей усатости знать, коли понадобится что-то дополнить.

– Э-эм-мм... – рыжий зажмурился и медленно, олицетворяя особую важность момента, кивнул. – Так вот, ватава-ентого... Да... – резко открыв глаза, он уставился на меня с честным выражением, намекающим на правдивый и непредвзятый пересказ животрепещущей истории нескольких дней.

– И-ии? – я счёл нужным подогнать оратора. – Собираешься с мыслями, как девочка перед танцульками... Рыжий, не нервируй! Видишь я после коматоза тока оклемался? Могу сделаться совсем нетерпеливым и впасть в неадекват.

..

Это подействовало на усатого.

– Всё началось довольно банально, однака, – поспешил он с началом повествования. – Ты отрубился, как глотнул настоечки и пару километров всё было спокойно и тихо, – он замер на секунду. – Пока ты не начал бредить, чем спровоцировал бальшу-у-ую кучу непоняток, однака. Григория заставил дать слово самому себе, – продолжил деспот скороговоркой. – Наш молодой граф, клятвенно пообещал отыскать обидевших тебя господ.

Этих, ну... Пропавших, Инэта и Телека, однака, которые в своё время регулярно находились рядом с начальникой и помогали, – он запнулся, подбирая слова. – Эм-мм... Короче, они всегда добывали информацию...

Я еле сдержался от смеха, живо представляя, что же наговорил в бреду.

– Чукча, – я подавил очередной приступ веселья. – Пропустим рассказ про мой бред, и давай дальше вещай.

– Угу, – он согласился. – В поселение мы приехали к вечеру, а твоя, хозяина, уже совсем расхворалася, однака.

Как на твоя смотреть моей было больно и жалко... – продолжил Чукча, сокрушаясь. – Моя рыдала, однака... – агрессор всхлипнул.

– Надеюсь не вслух, – буркнул я.

– Что? – забеспокоился рыжий, остановив повествование.

– Ничего, продолжай, – я отмахнулся, решив не обсуждать возможную реакцию Деда Ермака на моего фамильяра, ну или кто там Чукча у меня. – Просто мысли наружу прорываются, после комы.

Таракан покачал головой сетуя и опустив усы.

– Так вот, уже случился на дворе вечер, однака, – взглянув на меня с состраданием, усатый продолжил.

– Тебя передали на попечение внучатым племянникам Деда Ермака и они занялись страшной раной. Григорий совсем перестал разговаривать, только неотрывно следил за барышней-крестьянкой, миленькой такой девочкой. Она как раз подсаживала тебе червей, когда убрала нитки Гришкины из гноящейся и распухшей дырки в плече, – Рыжий даже не поморщился, говоря это. – Перед сотворением своих тайных рун врачевания.