Крылья. Реквием по мечте

— Что видела? — спросила выскочившая за ним на крыльцо Лира, — что-то случилось?

Лур не ответил, он смотрел только на тёмную громаду Острова Душ, над которой увидел странное крылатое создание так похожее на артеас из его снов. Сверкали молнии, озаряя почерневшие от воды и темноты камни, дождь хлестал по лицу и голым плечам, но Лур этого даже не чувствовал.

— Что ты увидел? — Лира подошла к нему и положила тёплую ладонь на плечо юноши.

— Ничего, — Лур опустил голову, чувствуя, как к горлу подкатывает предательский ком, — просто показалось.

Отвернулся и ушёл в дом, Лира поспешила следом.

Шторм кончился так же неожиданно, как и начался. Тучи ушли вглубь материка, и гром стал гораздо тише, а далёкие зарницы казались лишь слабыми отголосками прогремевшей грозы.

Лира взяла свою корзинку — она собиралась на берег, искать выброшенных волнами моллюсков, которых умела совсем неплохо готовить. Девушка подошла к комнате Лура и осторожно постучала:

— Лур, мы на берег идём! Пошли с нами...

Он не ответил.

Лира нахмурила чистый лоб и тронула ручку двери, легко поддавшуюся под прикосновением — дверь была не заперта.

— Лур? — девушка вошла в пустую комнату и первым, что она увидела, было открытое окно.

Лира выбежала в коридор, зовя Ромеуса.

Выбор

Холм Ветров — удивительное место. Спокойное, светлое и чистое. Особенно это было видно сейчас, когда дождь очистил воздух, буквально звенящий звуками моря и природы. Когда-то сюда приходили даже монахи и жрецы из храмов, чтобы вознести на этом месте молитвы своим богам.

Они были уверены, что их услышат и всегда покидали Холм с удивительным чувством, будто прикоснулись к чему-то божественному и прекрасному. Паломники проводили здесь день и на закате, когда солнечный диск скрывался за горизонтом, покидали Холм.

Так было до тех пор, пока мрачные серые берега Острова Душ не закрыли горизонт, бросая свою неприветливую тень на светлый берег. Служители богов не захотели осквернять себя, соприкасаясь с народом чужаков, не имеющих своего бога и служащих только войне.

И постепенно знания об этом месте затерялись, или забылись. Больше не приходили сюда служители богов, не слышались молитвы, лишь крики чаек и гул моря приветствовали проезжавших случайных путников, решивших заглянуть в это место.

«Создания без души не могут чувствовать, переживать. Не умеют этого. Им так же не страшны боль и смерть, страх и сомнения. Они непригодны для мирной жизни, но это идеальные солдаты».