Юстиниания. Заря.

— замялась, густо покраснев от смущения, — ещё в лагере, я изображала из себя тебя, пытаясь разгадать твою магию, щелкала пальцами в подобном твоему жесте. Наблюдала за тобой как могла, во всех доступных планах зрения. Как... служанка за графом! Пыталась понять, как ты это делаешь, а потом у меня вдруг получилось. Я подумала, что вот оно! Я смогла! Поняла... а потом заметила, что каждый раз после взрыва, проявляется картинка, на мгновение сереит и меняется. Тогда я и стала более внимательно изучать бусы. — вновь ткнула в рисунок на песке.

— А после я призвал эльфийку, — усмехнулся я и приобнял девушку.

— Ты...

— Конечно.

Да... дела. И ведь у неё нет админовской панели... да и не нужна она ей. Что более важно — у неё нет и знаний языка! И все, что там изображено, за исключением картинок, для неё китайская грамота! Понять хоть что-либо — нет ни единого шанса. Русский язык даже примерно не похож ни на один из используемых в этом мире.

Все мои пояснения, подсказки, уточнения и прочее, составляемые для самого себя, так и остались лично моим имуществом.

Самый простой выход — перевести все надписи на язык королевства, при помощи составленного мной давным-давно переводчика, прямо внутри интерфейса, работающего как один из навыков.

Саара подтвердила, что если я меняю название навыков у себя или добавляю новый в ветку, это же происходит и у неё, окончательно уверив меня в том, что именно мои руки и голова причесаны к созданию этого девайса. Так что вариант перевести текст навыков самый легкий и простой, но он же самый опасный — если таких как Саара много.

.. я не хочу пока проверять, что произойдет при открытии этого ящика Пандоры.

Так что мне пришлось учить Саару языку. Для начала я, конечно же, научил её нашему счету — это проще, чем язык, и не менее важно. Как я и предполагал, её запас маны оказался в районе шестиста. Пятьсот девяносто три, если конкретно.

— Но когда нас гоняли в лагере, я могла продолжать колдовать даже когда левые цифры показывали сплошные нули! — задумчиво пробормотала она.

— Это возможно, — покивал в ответ я. — Просто после нулевого порога, ты начинаешь действовать как Свен, переваривая на ману собственное тело.

Словно услышав своё имя, в комнату вошел друг.

— Че это вы тут делаете? — поинтересовался он, глядя на исписанные цифрами листки бумаги и «жеваные» гусиные перья.

Для его взгляда эти цифры, наверное, выглядели как какие-то иероглифы для европейца. Или европейские для китайца.