Юстиниания. Заря.

И в той процессии он командовал рыцарями, а не был их добычей.

— Выполняем приказ его высочества графа...

— Да мне плевать, чей это приказ! Вы находитесь на территории замка моего отца! И все что тут находится, в том числе и люди, принадлежат ему! Как вы смеете забирать человека, пусть и жалкого слугу, — он мельком взглянул на меня, — без его дозволения!? Отвечайте!

Сынишка местного замковладельца, что был одного возраста со вторым по счету из моих братьев, и на шесть лет старше меня, отличался крайней степенью собственнического инстинкта.

То есть удавится, но даже содержимого нужника даром не отдаст. А тут целого слугу, да без его-то ведома!?

Но и рыцари похитившие этого слугу оказались не лыком шиты, и один из них, вышел вперед и громко, во всеуслышание, четко, внятно и медленно, зачитал указ, озвученный в доме. Посему выходило, что меня подарили сыну иного графа, что еще больше взбесило наследника. И хотя все печати на документе присутствовали, скандала уже не избежать.

— И чем же это... — наследник подошел ко мне, поморщился и пнул под дых, — так понравилось сиру Вермиштайн?

— Прошу вас.

.. — попытался оттеснить от меня высокое начальство тот, что читал указ, и как видно самый главный «похититель», а его спутники рефлекторно схватились за мечи.

— Нет, ты мне ответь, — и этот выродок вновь пнул.

В глазах потемнело, я упал набок и даже не сразу понял, что все здесь присутствующие, кроме меня, сына графа и начальника группы графа Вермиштайн, обнажили мечи и готовы порвать друг друга.

Представитель графа указал своим опустить оружие, а вот графский сынок наоборот, ехидно ухмыльнувшись, вновь заехал мне в живот.

Хоть я и успел закрыться руками, удар оказался такой силы, что кажется, сломал мне пару костей в конечностях, а юркий острый носок ботинка продырявил кожу в районе солнечного сплетения.

От боли я ненадолго отключился, а когда пришел в себя, то вокруг уже было полно народу. И помимо уже виденных мной действующих лиц и безликих рыцарей, плотным кольцом оцепивших периметр, тут была еще целая куча расфуфыренных дам и важных персон, во главе которых был местный царь и бог, а конкретно граф.

— Сын, все уже обговорено, — отчеканил граф.

— Я понял отец, — тем же серьезным, деловым тоном, ответил сын. — Тем не менее, моей чести был нанесен урон! Я требую компенсации!

— Кто же посмел совершить столь дерзкое преступление?

— Его нет среди присутствующих. Однако, как его представитель... — сынок кивнул на представителя рыцарей стоящего перед ними.