Две половины победы (соавтор - Денис Богачев)

Король сказал, что завтрашний день следует посвятить какой-то церемонии, поэтому, наверное, нет смысла загадывать. Но, скорее всего, вернусь в Ферр.

«Ну, это мы еще посмотрим!» – отметил я про себя.

Вполне может быть, что возвращаться и не придется…

– А что за церемония?

– Да я еще сам не знаю! Ванессе, кстати, тоже предложили в ней участвовать.

– Дэрриен, дружище! – Из толпы зевак вынырнул какой-то рыжий тип. – Как я рад тебя видеть!

– Здравствуй, Джонт, – поприветствовал прибывшего Дэрриен и представил его мне: – Один из друзей одного из братьев.

– Что значит «один из»?! – закричал Джонт, даже не дав мне представиться в ответ. – Лучший друг! И не только брата, но и твой тоже!

– Да-да, конечно, – поспешно согласился Дэрриен.

– Пошли, мне столько надо тебе рассказать… – «Друг» потянул воина за руку. – Нечего с кем попало разговаривать, ты теперь знаменитость! Тебя все знают! Нужно соответствовать уровню, а не таиться в углу!

– Простите, мне пора, – попрощался со мной Дэрриен и наконец позволил Джонту себя утащить.

– Ничего-ничего, – ответил я в пустоту. – Такие родственники или друзья есть у всех. Им только дай шанс примазаться к чужой славе…

Я осмотрелся и, заметив, что Желтый остался один, направился к нему.

Висельники дядюшки Джо

Дверь открылась легко и без лишнего шума.

Я, если честно, рассчитывал на худшее, поэтому держал мешочек с сонной пылью наготове. Дядюшка требовал, чтобы девушка осталась жива.

Мы оказались в просторной комнате. Прямо напротив входной двери находился выход на балкон, который меня абсолютно не волновал: спуститься с него можно только по веревке, либо… Впрочем, сворачивать шею я не собирался.

Справа от нас, у стены, располагалась громадная кровать. Укрывшись одеялом из розового атласа, цель нашего путешествия спокойно посапывала на розовой же простыне.

Я подошел к Литолайн поближе. Нужно было лишь заткнуть ей рот и связать, а потом унести отсюда.

Лита Ролинхас была невероятно похожа на мою спутницу. И в то же время в ней таилось что-то особенное, невидимое простому зрению и едва различимое даже внутренним взором…

Невинность, простота – вот что приковывало взгляд к холеному личику.

– Давай же! – Дейдре не терпелось закончить операцию, и она, не раздумывая, ткнула меня кулаком в бок.