Времена огня и погибели

Начало совета было назначено на пять пополудни.

Гайвен, одетый в черный кружевной дублет и набросивший поверх него черный же плащ, то и дело вытирал лоб платком. Немного болела голова, и достаточно сильно тошнило. Последний из Ретвальдов спал в последний раз больше суток назад. Он сожалел, что не может выпить кофе. В Тимлейнском замке его, к сожалению, не было. Как не было там еще многих вещей, до вчерашнего дня неведомых Гайвену, но хорошо знакомых и привычных предку, чьей памятью он завладел.

Мысли роились, бесплотные голоса звенели в ушах, перед глазами вихрем проносились беспорядочные образы.

Люди и события, давно не существующие города. Слова, произносимые им, рождались будто из пустоты, собственные поступки казались чужими. Его не оставляло чувство странной раздвоенности.

«Зато я получил знания и силу — достаточные, чтобы исполнить задуманное».

Гайвен оглядел собравшихся перед ним.

Вельможи Иберлена, лучшие из третьего сословия и худшие из знати, придя в бархате и шелке пышных одежд, заняли длинные дубовые скамьи, потемневшие от времени.

Блестели нагрудные цепи, качались перья на шляпах. Сам король, в окружении эльфийских стражей, а также в обществе троих герольдов и писаря, расположился в кресле на возвышении, что прежде занимал лорд-мэр. Лорд-мэр Генри Хьюстон сидел в первом ряду, по левую руку от архиепископа Кемпа, и спокойно глядел вперед, с лицом, не выражающим никаких чувств.

Когда часы на башне с тяжелым гулом отбили пять ударов, герольды протрубили в трубы.

Многоголосое пение труб ответило также и с улицы, и сотня барабанов прогремела им в унисон — с такой силой, что завибрировали стекла. Столпившемуся на площади народу сейчас будет зачитан текст королевского указа, устанавливавшего новое государственное устройство страны.

— Его величество герцог Райгерн и граф Илендвальд, Восседающий на Серебряном Престоле, лорд Гайвен Первый из дома Ретвальдов, милостью Господней король светлого Иберлена, обращается к подданным, дабы огласить им свою волю и держать с ними совет, — возвестил облаченный в алый дублет герольд.

Стандартная фраза, используемая нередко в начале заседаний Коронного Совета. Да только Коронным Советом это собрание не являлось. Не присутствовали ни министры Короны, ни пэры королевства — иные из них были мертвы, иные сбежали, иные сидели под замком. Айтверны оставили своего монарха, как и Тарвелы; Тресвальд, Гальс и оба молодых Коллинса в темнице, юные брат и сестра Эрдера — в Шоненгеме.