Времена огня и погибели

— Благодарю, нет, ваше величество. Мне бы просто воды.

— Хорошо, Стивен. Чарльз, налейте генералу воды.

Камердинер, застывший тенью в углу, поспешно кивнул. Как и большинство при дворе, он глядел на своего короля с затаенным страхом. Многие слуги погибли во время устроенной темными сидами резни, а те, кто выжил и не сбежал, держались очень тихо. Пока генерал садился, Чарльз взялся за высокий прозрачный графин, наполнил водой бокал почти до краев.

Гайвен обратил внимание, что у камердинера дрожат руки. Заметить это оказалось несложно — зрение Короля Чародея после случившейся с ним перемены обострилось до крайности.

Наследник Ретвальдов даже в полумраке легко мог различить танцующие в воздухе пылинки, видел мельчайшие оттенки цветов на коврах и портьерах.

«Мне ведом их страх, и я читаю по их лицам, как в раскрытой книге».

— Вы успели встретиться с капитаном Фалленом? — осведомился Гайвен.

— Да, государь. Передал ему все ваши слова. Гвардия Айтвернов, те триста человек, что в городе, подтверждает свою преданность вам.

Я объяснил Клаусу, что рыпаться нету смысла. Он согласился и понял. Как услышал, что вы теперь можете и кто на вашей стороне выступает, так сначала побледнел, а потом быстро перестал спорить. Я рассказал про новую королевскую армию. Сообщил, что ему полагается к ней примкнуть. Клаус не из тех, кто упрямится, если не прав. Завтра прибудет во дворец засвидетельствовать вам свое почтение и приведет бойцов.

— Прекрасно. Распорядитесь, чтобы солдат капитана Фаллена разместили в гарнизонных казармах.

Особняк Айтвернов, как и особняк Рейсвортов, опечатать и поставить охрану.

— Будет сделано, ваше величество.

Гайвен Ретвальд подошел к столу, шагнув из тени в отбрасываемый керосиновой лампой свет. От неожиданности генерал Бредфорт вздрогнул и с силой сжал хрустальную ножку бокала. Гайвен знал, что выглядит пугающе. Седые волосы, бледное лицо, черная одежда. Осознание владевшего недавними изменниками трепета доставляло ему наслаждение — и вместе с тем юный чародей понимал, что не сможет править, опираясь на один только страх.

— Письма в лагеря великих домов разосланы? — спросил король.

— Да, ваше величество. В Сендрик, к прочим нашим, то бишь к малерионцам, — поправился Бредфорт, — в Барроу к Эрдерам, к Коллинсам и Тресвальдам в Стоктон, в Миллари к Гальсам. Но ответы будут не раньше завтрашнего полудня, сами понимаете. Те отряды, что в городе, пока сидят смирно, бежать никто не пытался. Если что, мои ребята через ворота их не пропустят.