Драконоборец (оба тома вместе)

Тем временем некромант отлучился и вернулся обратно, неся в руках тот самый арбалет, который Тобиус снял с лермазу.

– Несомненно, работа восточного некроманта. В Вестеррайхе немного найдется моих собратьев по Дару, способных создать что-то подобное, разве что кто-то из учеников великого Кая Церония Анхелона. Украшения опять же говорят сами за себя.

– Да, верно. Эта вязь… я так и не удосужился понять, что она значит.

– «Что было твоим, отныне принадлежит мне», – вежливо улыбнулся Малахай. – Но дело не только в вязи, ее некроманты используют как вспомогательный инструмент в выстраивании заклинаний, тогда как основой выступает иероглифическая письменность.

А украшения видите? Я имею в виду опарышей, мух и стервятников – это падальщики, которые служат символами ранговой системы Аглар-Кудхум. Слышали о такой?

– Нет, никогда, – признался Тобиус.

– О, тут все довольно архаично, прямо как в Академии. Ученики и подмастерья носят метку опарыша. Получая право зваться настоящими некромантами, они меняют ее на символ мухи; достигая следующего, скажем условно, магистерского ранга, получают знак стервятника, ну а самые могущественные некроманты культа отмечены ликом шакала.

Правда, для них эти знаки имеют в первую очередь религиозное значение. Бывает, некромант достиг могущества, сравнимого с мощью архимага, но продолжает носить знак стервятника, ибо шакал – прерогатива высших жрецов культа. А они почти все сплошь древние личи. – Малахай провел пальцами по прикладу, искусно вырезанному в виде распахнутой шакальей пасти. – Создатель сего артефакта точно был с востока.

– Гариб Ауфа Абдуссамад аль Харинна.

– Впервые слышу. Хотя имя довольно странное, – поморщился некромант.

– Чем же?

– Значением, конечно. «Гариб» значит: «Сын Чужака», «Ауфа» – «Самый Верный», «Абдуссамад» – «Раб Вечного». А Харинна – это город в Имем-Муахит, довольно большой, со своей храмовой пирамидой. Я бывал там. Меня тоже часто именовали Гарибом в силу инородности.

– Вы путешествовали по Семи Пустыням? И вы… обучались у некромантов Востока?

Не прекращая усмехаться, архимаг потер свой выпуклый лоб, а когда отнял ладонь, Тобиус увидел знак черной мухи на белой коже. Затем линии завитков стали проявляться по всему черепу, опутывая его сложным узором.

– Как и почти любой волшебник, хоть чего-то достигший, по молодости я много путешествовал в поисках знания. Еще Джассар сказал: «Путь к знанию – это путь».