Драконоборец (оба тома вместе)

Вернувшись на трон после войны, Бейерон подыскивал себе нового придворного мага, и знаменитый Талбот Гневливый, герой войны, уничтоживший – лишь с малым преувеличением – целую армию, был призван ко двору. Во время беседы волшебник и король внезапно убедились в том, что мир тесен и что у них есть общий знакомец. Они долго разговаривали именно о нем, Тобиусе, а к концу аудиенции Гневливый принял оказанную ему высокую честь и стал придворным магом.

Воспоминания архимага медленно откатились в еще более отдаленное прошлое, он поведал о том, как помогал восстанавливать Каребекланд после нашествия.

– Я казнил его, – вдруг сказал серый волшебник, останавливаясь.

– Кого?

Вместо ответа он прикоснулся к виску, сформировал зрительный образ стального мага, после чего передал получившееся видение Талботу.

– Не знаю, зачем Шивариусу было убивать старого лорда Галли, но именно ренегату этот тип и служил. Он нашел меня в Спасбожене, и я его казнил.

Талбот Гневливый молчал, глядя на образ, затмивший его взгляд, потом сморгнул видение и промолвил устало:

– Полагаю, справедливость восторжествовала. Жаль, что я не приложил к этому руку. Идем, Тобиус, принятие гостей-волшебников есть обязанность верховного мага.

Как объяснял Талбот, в строительстве Хосбранда принимали участие не кто иные, как сами основатели Академии Ривена. Их заклинания все еще жили и здравствовали внутри этих стен, а средоточием всего являлась башня придворного мага, внутри которой даже существовал свой собственный атторнак [Вместилище (обычно какой-нибудь компактный предмет) искусственного интеллекта, созданного магией.

Тобиус выбрал себе один из пустовавших спальных покоев и вместе с Лаухальгандой принялся обживаться. Не видя покуда иных важных дел, он стал изучать приложенную к плащу брошюру.

По всему выходило, что было легче перечислить вещи, на кои этот артефакт не был способен, чем сосчитать его возможности, начиная с изменения цвета и заканчивая высококачественной ложной аурой.

Ласкающие взгляд переливы синевы на волшебном шелке стали казаться более таинственными и даже теплыми. Никадим Ювелир очень ясно представил ближайшие перспективы ученика и справил ему плащ, помогающий прятаться от чужих глаз.

После брошюры на стол легли листки собранного Никопатом Закладкой «экстракта знаний».