Вор и проклятые души

Иномирец, который командовал солдатами, продолжал орать, а бывшие при нем стражи обнажили сабли. Другие иные — те, которые ступали ко мне — так и стоят в дюжине шагов, но скоро бросятся на меня. Атаковать будут парами, иначе в пролом не войти, уже построились. Рысь и волк, за ними медведь и вепрь с офицером. Только ждут чего-то, косятся на туман и мглу над собой.

Тьма ударила по смертным. Три черных вихря сорвались с темного неба: в десяток арбалетчиков напротив донжона; в кричавшего на них офицера; в иных у крепостной стены.

Сгусток тьмы окутал офицера за спинами моих противников. Его полный боли и ужаса крик еще звенел в ушах, а самого иного не стало. Вместе с черным вихрем осыпался серым прахом внутри одежд и доспехов, что еще миг назад были на смертном, а сейчас упали в туман.

Всего два удара сердца, и отряд приспешников Низверженного потерял троих — арбалетчика и двух офицеров.

— Кровь и песок!

Подступивший страх словно тисками сдавил сердце. Я чертыхнулся, понимая, что магия направлена не на меня, но все равно сердце продолжило колотиться в груди, а орденских солдат охватила настоящая паника.

Кто-то разрядил оружие в черное небо, кто-то попытался спрятаться в домах без крыш справа и слева от площади. Некоторые дернули в донжон и двое — к провалу в крепостной стене. Туда, где стоял я.

Стоял, чтоб через секунду отразить натиск рыси и волка. Невероятной силы напор! Иномирцы едва не рычали, они отчаянно рвались из крепости, потому что распоследнему дураку понятно, что внутри замка ждет смерть.

Сталь звенела об сталь. Я проворнее и быстрее двух великанов, гораздо сильнее их. За спинами иных вниз падали черные вихри. Их было много, и еще больше криков внутри замковых стен. Магия, напускавшая на людей страх и жуткую погибель, лишала разума. Смерчи поражали людей и иных одного за другим, не давая шанса сбежать или укрыться в развалинах.

Кто-то успел добежать до главной башни Волчьего дома и нырнуть внутрь под шпагу Брана. Я прикончил сначала рысь, потом волка. С остальными разделалась черная магия Неакра.

Или уже можно говорить о Томасе Велдоне?

Я обтер бракемарт о черный плащ великана с маской волка и загнал клинок в ножны. Меч с посеребренной гардой выкинул, брезгливо сплюнув. Оружие иного вдруг стало неприятным. Меч упал на камень и жалобно звякнул в царившем вокруг безмолвии. Над Волчьим домом повисла воистину мертвая тишина.

— Проклятый пепел!

Как быстро все произошло! Мы перебили людей ордена и иных, как мясники на бойне.