Полкоролевства в придачу

Она остановилась посреди комнаты, взглянула на орка — тот торопливо закивал. Сестрица наморщила лобик — ее мимика смотрелась бы комично, если бы счет не шел уже не на минуты — на секунды.

Без сомнения, у Изабо имелись в запасе заклятия, способные усмирить нагрянувшую в гостиницу ораву. Но она наверняка берегла их для рейда в лес. Истратит здесь — и что останется для Эйниса и лесных тварей?

Она должна, просто обязана была в этой ситуации принять мое предложение. И — развязать мне руки.

Не приняла.

Не развязала.

С раннего детства Изабо отличалась ослиным упрямством...

— Взвали его на плечо! — скомандовала она орку. — Я займусь лучниками. Уходим через окно.

Идиотка! Собьет прицел одному, другому — и даже не увидит третьего, который всадит в нее трехфутовую стрелу! А потом вторую — в меня! Прорываться — так уж через дверь...

Звуки схватки в коридоре стихли. Судя по треску вышибаемой двери и негодующим крикам, бандиты ворвались в мою комнату, — но не обнаружили ни меня, ни золота.

Брок посмотрел на меня полными тоски глазами — не исполнить приказ он не мог.

Двинулся в мою сторону — торопливо и неуклюже. Зацепил огромной лапищей столик, опрокинул... Скатерть со всем содержимым сползла на пол, вино разлилось бледно-розовой лужицей. Грохот, по-моему, был слышен во всей гостинице.

— Утопись в болоте, сын древесного питона!!! — яростно прошипела Изабо.

А я помчался к двери — пригнувшись, стараясь проскочить мимо орка. Бац! — траектории моего бега и орочьего кулака пересеклись.

Я отлетел, упал — на пол, как раз туда, где валялись остатки ужина... О-у-у-у... Спина с хрустом приложилась обо что-то твердое — не то графин, не то соусницу.

Молодчина Брок, подумал я, подцепив пальцами связанных рук нож. Не нарушил ни единого приказа хозяйки — но сделал всё как надо.

— Идите вдвоем, — сказал я, стряхивая с рук разрезанные путы. — Коронованные особы в окна не лазают...

Сапоги грохотали по коридору — на этот раз к нам. Похоже, мэтр Кошон, хозяин «Дракона», сдал всех постояльцев до единого.

..

Изабо поняла — все ее козыри биты. В оставшиеся секунды Брок меня не скрутит... Ей осталось одно — уносить ноги, бросив меня.

Не унесла.

Не бросила.

С раннего детства я не понимал порой Изабо...

— Здесь они-и-и! — проорал обладатель косматой головы, просунувшейся в дверь.

Дзинк! — ответил графин с длинным горлышком, сжатый в моей руке — и превратился в горлышко без графина.

Обнаруживший нас тип рухнул, обливаясь кровью и вином.