Полкоролевства в придачу

Вернее, ее наряд: лиловую рясу, украшенную серебряным нагрудным знаком — изображал он два лабриса, скрещенных на фоне Святого Колеса. Подделкой знак не был, даже я, со своими скромными дилетантскими способностями, ощущал это... А человеку посвященному и произнесшему соответствующее слово серебряная безделушка и удостоверит личность сестрицы, и раскроет, какими полномочиями она обладает: только лишь на розыск — или на розыск и тайное вынесение приговора. 

Ну и ну...

Когда мы с Изабо встречались в последний раз, ее отношения с инквизицией были далеки от дружеских.

.. Если выразиться с максимальной мягкостью. А если назвать вещи своими именами — то сьерам де Бургилье пришлось расстаться с парой поместий, чтобы смертный приговор непутевой дщери их семейства заменили бессрочным покаянием в одной из самых дальних обителей.

И вот теперь она щеголяет в наряде святой сестры, причем отнюдь не самого низшего ранга. Именно щеголяет: ряса Изабо, коей теоретически надлежало скрывать формы тела и не допускать возникновения греховных плотских мыслей, направленных на ее святость — ряса была сшита идеально по фигуре, наверняка у лучшего портного.

И мысли возникали-таки...

Версию о самозванстве сестрички я сразу отбросил в сторону. Существуют менее болезненные способы самоубийства, чем ношение не принадлежащего тебе амулета инквизиции.

2.

Надо понимать, держать меня в качестве узника здесь, при конюшне, Изабо не собиралась. Не оттого, что хоть сколько-то заботилась о моих удобствах. Но конюшня гостиницы — настоящий проходной двор, не ровен час, придет кто-нибудь за сеном для своей лошадки.

..

К чему лишние свидетели в таком приватном деле? Можно сказать, в родственном? Инквизицию нигде не любят, но в Пограничье еще и не больно-то страшатся. Опять же, захваченный святой сестрой оруженосец (я оставался в прежнем костюме) — это вам не жена бедного виллана, пытавшаяся наколдовать дождь в засушливое лето... Господин оруженосец и отблагодарить чем-нибудь за спасение от застенков сможет...

Значит, провести ночь мне предстоит не здесь.

Скорее всего, под одним кровом с Изабо — какой ущерб для ее честного имени! Впрочем, наносить такой удар по репутации сестрички я не собирался. Вспомнили юность золотую — и пора прощаться.

Но для этого мне надо совсем недолго поговорить с Броком... Поговорить наедине. Судя по татуировке на левой щеке, «брат Брокюлар» происходит из какого-то клана Загорья... С чернолесским орком я столковался бы легче и проще, но выбирать не приходится..