Время Тьмы. Часть 1. Некромант

Закатывает глаза, выпрастывает руку и скрипуче говорит:

Ведаю, что мертвые восстали, на зов Ёе придя! 

И посему, беда, и быть великой здесь резне!

 Никто не сможет убежать, ведь Тьма вокруг, и спасу нет.

 И мертвецы, что в ряд стоят, вкусят крови, и прах скрепят.

 И двинут дальше, на восток, людей вскрывая точно скот. 

И лишь один на свете есть, в чьих силах зомби обуздать.

Ещё не знает он о том, что имя — Повелитель Тени, вовек закрепится на нём!..

Видящая открывает глаза. 

— Я всё сказала! А теперь, говорите вы!

Старуха смотрит на толпу, словно пронзая взглядом каждого.

Люди не решаются ей ответить.

— Это — ересь! — звенящую тишину нарушает голос священника. — Как ты смеешь предсказывать грядущее?! Нам! Чадам Спасителя! — святой отец выходит вперёд. — Я уже рассказывал, что написано в Его Книге! — священник поворачивается к толпе. — Ворожее, не верь! Ибо её устами говорит Тьма! Может поэтому, — святой отец повышает голос, срываясь на визг, — Он отвернулся от нас — детей своих, погрязших во грехе и в тёмных мыслях! Спросите себя, как вы живёте? Кому молитесь? Кого почитаете? Кого боитесь? А может, — священник поднимает руку, вытягивая перст в небеса, — Он решил наказать нас и наслал мёртвых, потому, что вы, отвернулись от церкви истинной? Так молитесь! — кричит священник.

— На колени! Все! Вымолим прощение! Да минует нас чаша сия и… 

— Довольно! — обрывает священника Берг. — Мало нам экзекуторов было, и ты туда же! Надолго они погост упокоили? И какой ценой! Напомнить тебе?! 

— Да… как… ты… посмел… — надувается святой отец, — еретик! Значит, и ты якшаешься с Тьмой?! Вы все прокляты! Слышите! Прокляты церковью и архипрелатом! — священник брызгает слюной.

— Все до одного! Ты! Ты и ты! 

Люди отшатываются от священника, словно он кажет на них пальцем, а тычет калёным железом.

— Я… — Берг набирает полную грудь воздуха и Дерк замечает, как белеют костяшки старосты, — молюсь… Спасителю, а не твоей церкви! — рявкает староста.

— В его власти погубить или защитить нас! При условии, если мы сами поможем себе, а не бухнемся в грязь как свиньи и станем ждать, когда нам перегрызут глотки!

Глаза священника округляются. Он силится что-то сказать, но лишь беззвучно разевает рот.

— Каждый из вас знает, — староста глядит на селян, — на кого нападут мертвецы, будет отлучён от церкви. Вся деревня! От мала до велика. Это, как метка у прокаженных. Все будут шарахаться от нас. Никто не откроет дверь.