Расширяя границы

Арагорн поспешно щелкнул пальцами, снимая наваждение.

— Ты мне ребят не порти! — строго сказал он. — Не тот случай! Ты мне лучше свои выводы изложи.

— А выводы очевидны, — вздохнула Сильвана. — Наш неведомый враг обосновался где-то рядом с Киевом.

— Не факт, но похоже, — задумчиво подпер голову рукой Арагорн. — И ведь никаких особых колебаний магического поля замечено не было!

— Ой, а много ли его надо? — поморщилась Сильвана. — Судя по всему, он еще до высших не дошел. С высшими вампирами тролли так легко не справились бы.

Вот тут энергетики потребуется неизмеримо больше!

— Значит, решим так! —  решительно положил на карту руку Арагорн. — Удвоим осторожность. Ты и Один контролируете эту часть Европы. Я — на подхвате, в случае чего. Надо этого жука, что вампиров производит, вычислить и призвать к порядку. Я очень злой, не добрый, поэтому призывать этого деятеля к порядку будешь ты. А нечего было без спросу на нашу территорию лезть!

— Я тебя не подведу, милый, — улыбнулась Арагорну Сильвана.

И почему у меня от ее улыбки по спине промаршировала армия муравьев?

Глава 9

Сегодня мы с мамой отправились проведать дачу.

Ма настаивала, чтобы ехал и отец, но тот наотрез отказался. Конечно, мотивировочку он себе подобрал не очень. Мол, он не может принять ипостась человека, а это чревато раскрытием его истинной природы… Чепуха! Я бы на него такую иллюзию наложил, что пальчики оближешь! Но тут сыграла свою роль мужская солидарность. Отцу не хотелось отвлекаться от увлекательнейшей игры   «Цивилизация по-эльфийски».

Он нашел еще нескольких, себе подобных, из Лесных, привлек Вениэля, и с этим штабом засел в Чертоге, обложившись горами свитков и картами. На этой почве у папы с отцом Вадима произошел даже небольшой конфликт. Алекэль считал Веника своим сотрудником. Тот не отказывался и хватался за все подряд, поражая коллег своими знаниями. Поэтому меня уже несколько раз будил по утрам слаженный дуэт препирающихся между собой эльфов в исполнении моего бати и отца Вадима. Несколько раз его красиво оттенял своим сочным басом кузнец Микаэль, обещавший «повбываты усих, якщо не видстануть вид вченого». У кузнеца был свой интерес, и с этим, ввиду большой физической силы Мыколы, приходилось считаться.

— Чого вы на нього насилы? — жалостливо говорил Микаэль. — Зовсим вже вид нього ничого не залышылось! Чахлик Нэвмырущий! Пишлы, Вени, до мэнэ на кузню, я тэбэ нагодую сниданком[2].

Наведение порядка на приусадебном участке затянулось.