Бермудские лётчики

А то читал бы, наверное, одну и ту же книженцию постоянно, - тон Данте Атома выражал насмешливое безразличие к проблемам памяти пилота «Казарки» и чтению вообще.

В террасу ресторана заглянула женщина-латиноамериканка, продававшая букетики для «романтических свиданий». Киро зачем-то купил у неё один (самый непрезентабельный) и любезно подарил его Лилии. Той очень понравилось такая акция внимания. Блондинка мило улыбалась Присту весь оставшийся вечер посиделок.

- Отлично ведь время провели? – Оскар посмотрел на друзей-коллег нетрезвым взором, готовясь сделать фото уже раз в сотый за сегодня.

- Да это лучшая вылазка в Сент-Питер за последние месяцы! – воскликнула Точка, и тут же букетик, лежавший рядом с тарелкой Лилии, дёрнулся, чуть подскочил, а дальше – пошёл кататься из стороны в сторону, как припадочный.

Никто из лётчиков не удивился. Просто Трио способна «анимировать» голосом предметы небольших размеров. Эти ожившие вещи несколько секунд (или, может быть, дольше) могли двигаться, словно «бытовые» зомби, внезапно для самих себя восставшие из могил.

Вот и сейчас букет немного покривлялся в непроизвольном танце, а затем снова стал «без души», полностью утратив двигательную активность.

- Опять ты со своими трюками… - устало бросил Данте, почти не глядя на панк-девушку. Трио Точка только развела татуированными руками, мол, «чем богаты, тем и рады». Её-то саму всегда забавляло такое умение. Иногда бывает весело наблюдать, как дёргается пепельница, изображая то ли жабу после временной реинкарнации, то ли просто радуясь кратковременной возможности снова пожить, или, например, карандаш начинает вдруг отплясывать чечётку на столе (вероятно, будучи в прошлом воплощении заправским танцором)…

- Ребята, самолёт улетит через пятнадцать минут, - забеспокоился Дак, ловя в фокус циферблат своих часов на запястье.

Лётчики засобирались, вскладчину оплатили счёт. Выходной день подходил к завершению.

Пора пилотам возвращаться на базу.

Очередной вылет

Сначала всё было нормально, безоблачно и даже непривычно тихо, но во второй половине дня погода резко испортилась, будто бы кто-то сбил все настройки ясного и тёплого, тут же заменив их надвигающимся штормом.

Генерал Хантер первым понял, чего ожидать от подобной перемены. Он, как обычно, наслаждался ароматом послеобеденной сигары, когда тревожная догадка подтвердилась: с высоты диспетчерского пункта поступил телефонный звонок.