Сдвиг времени по-марсиански

Что я буду делать?

Все его вечеринки, все уютные обеды на две персоны, которые он устраивал для себя и какой-нибудь девушки, например Марти, а особенно Дорин… Нет, для одного дня это слишком: сначала диктофон, а теперь еще и Стайнер!

– А ты не думаешь, что это имеет отношение к тому, что он был немцем? – спросила Энн. – Немцы стали такими подавленными после этой чумы, вызванной их лекарствами, после детей, рождавшихся с ластами. Я разговаривала с одним из них, так он прямо сказал, что они считают это божьим наказанием за годы нацизма.

И это был не религиозный человек, а бизнесмен здесь, на Марсе.

– Чертов тупица Стайнер! – взорвался Арни. – Кретин!

– Ешь, Арни. – Энн развернула свою салфетку. – Суп выглядит очень аппетитно.

– Я не могу есть. Не желаю есть эти помои. – Он оттолкнул тарелку.

– Ты все еще ведешь себя как большой ребенок, – заметила Энн. – Все так же капризничаешь. – Она говорила мягко и сочувственно.

– Черт побери, да я иногда ощущаю на своих плечах тяжесть всей планеты, а ты называешь меня ребенком! – Он уставился на нее с нескрываемой яростью.

– Я не знала, что Норберт Стайнер был дельцом черного рынка, – заметила Энн.

– Естественно. Откуда тебе знать, тебе и всем твоим женским комитетам? Что ты вообще знаешь об окружающем мире? Для этого-то я и приехал – я прочитал твое последнее приложение к «Таймc», и меня воротит от него.

Прекрати печатать подобную чушь – интеллигентных людей от нее тошнит, она годится только для таких идиоток, как ты.

– Пожалуйста, ешь. И успокойся, – ответила Энн.

– Я собираюсь назначить своего человека, который будет проверять материал, который ты распространяешь. Профессионала.

– Неужели? – спокойно откликнулась она.

– Перед нами стоит настоящая проблема – с Земли перестали приезжать профессионалы, в которых мы действительно нуждаемся.

Мы гнием – и все это понимают. Мы распадаемся на части.

– Кто-нибудь займет место мистера Стайнера, – улыбнулась Энн, – есть же на черном рынке другие дельцы.

– Ты сознательно пытаешься представить меня жадным и мелочным, в то время как на самом деле я – один из самых ответственных участников колонизационного процесса на Марсе, потому-то наш брак и распался – ты специально принижала меня из ревности и соперничества.