Раскол Грасса

Последний эльф не осторожничал, он прыгнул за нами и уже держал на изготовке изогнутый меч, бросив лук, явно боясь навредить выстрелом своему собрату.

Самоубийственная атака на трёх светлых уже совершенно точно терпела неудачу. Логичное завершение приключений полного неудачника. Умереть в диком лесу, сражаясь за обычного зверя. Сам будто такой же дикий зверь. Но именно в этот момент из кустов выпрыгрул другой хищник. А точности как и мой Рукс.

Как раз кстати, эльф от неожиданности отшатнулся, прерывая удар.

Этого мне хватило закончить начатое с подранком, уже подмятым мной. Хоть это и оказалось не так-то просто. Эльф обезумев от боли и близкой смерти, применял чудеса выдержки, выхватив кинжалы и беспорядочно утыкивая меня мелкими, но неприятными ранами. Смертельных ран мне удалось избежать, но руки все оказались в уколах и царапинах. Кроме того, болел левый бок, кажется, по рёбрам хорошенько прошёлся кинжал, а от смертельных ран спасло лишь чудо.

Несмотря на яростное сопротивление, я перерезал сухожилия в районе локтей светлого, чтоб выключить мельтешащие помехи.

Ударом в шею искривлённым мечом, выпавшим у него же из рук, завершил наше противостояние.

Минус двое противников и раны, совершенно мешающие двигаться.

Ракент с каким-то остервенением, рвал эльфа, который в одиночку уже ничего не мог поделать с диким хищником. Да, зверь тоже не оставался невридим, но в сравнении со светлым выглядел точно победителем. Ракент ухватил за плечо, максимально близко к шее эльфа и мотал головой из стороны в сторону.

Кинжал во второй руке светлого мелькал в попытках нанести зверю хоть какую-то ощутимую рану, освободиться от мертвой хватки.

В момент, когда зверь развернул эльфа ко мне спиной, я метнул последний кинжал в неприятеля. Попасть удалось не очень удачно, но это оборвало последние сопротивления дёргающегося в агонии эльфа. Ракент довершил дело, вырвав кусок из шеи, обильно оросив поляну кровью.

На этом градус битвы резко упал.

Напряжение отпустило, накатывая адреналиновым откатом. Зверь прихрамывая и припадая к земле поковылял к Руксу, поскуливая и тяжело хватая пастью воздух.

Мой ракент и вовсе лежал через раз подергиваясь на вздохе и обрывая свои попытки приподняться. они точно друг друга знали. Самка, а теперь для меня это стало очевидно, подошла к моему ракенту и тоскливо лизнула его в морду. Тот даже не смог приподняться, лишь дёрнув хвостом, как бы отгоняя её от себя.