Gamemaster

Я замахнулся, и в этот момент меня пробила дрожь вдоль всего позвоночника, а волосы встали дыбом. Из воронки, все увеличивавшейся в размерах, на этой стороне появилась чья-то ужасная рука. Огромных, явно не человеческих,  габаритов, разлагающаяся плоть в кольчуге до локтевого сгиба, наплечник в форме оскаленного черепа с горящими красным глазами. Непроглядно-черного цвета наруч в форме жуткого агрессивного паука, с алыми разводами узоров. Костяные наросты на концах оголившихся от гнилой плоти пальцев больше похожие на когти, переходили в черную латную перчатку с монограммой змеиной головы, угловатую и уродливую.

Эта ужасающая конечность попыталась схватить девушку и втащить назад. 

- Глупцыыыыы…. Верните мне ее… - леденящий кровь замогильный голос ввел меня в состояние паники и натурального ужаса. 

Вдруг набравший силу голос Тихона привел меня в чувство:

- Режь, не медли... сейчас. 

Я рубанул ножом - лярвой по этой кишке и она на удивление легко поддалась, лопнула, словно невесомая паутинка.

Тут же, будто он все это время наблюдал за мной, стоящий спиной ко мне Тихон резким движением оторвал руки от алтаря и с гортанным криком с силой свел ладони на уровне груди. Раздался громкий хлопок, будто лопнул огромный воздушный шар, перекачанный гелием. Тихон безвольно, словно тряпичная кукла, рухнул на постамент и потерял сознание. На его почерневших ладонях отпечатались черной обгоревшей каймой руны, на которых он держал ладони. Ожоги еще сочились едким дымом. Сразу же за этим портал закрылся, послышался ужасный треск ломаемых костей и пробирающий до печёнок, вопль с той стороны. После чего кошмарная рука потеряла своего владельца, и, отлетев в сторону, свалилась на постамент. Ее стали корежить жуткие корчи, она царапала постамент и билась, словно отброшенный хвост ящерицы. Когда Тихон выпал из реальности, сфера, что отделяла нас от окружающего пространства, спала. В тот же момент я услышал громкий звук горна, звучавший из леса. К нам со всех сторон неслись светящиеся точки, мелкие и покрупнее. Этот рой набросился на руку и стал ее терзать, разрывая на части. Через пять секунд от той не осталось ничего, кроме доспехов – наруча, перчатки и наплечника. Рой, как мне показалось, с брезгливостью, отхлынул от этого металлического хлама, и принялся кружиться вокруг нас. Девушка, которую мы вытащили с той стороны, уже не кричала, она тихо плакала, изредка всхлипывая. Ная, приняв свою изначальную форму, колдовала над Тихоном.